RSS    Реклама на сайте

Реклама


Наши читатели



Новости Новокузнецка

Архив новостей
ААА

Новость от 25 Марта 2010

Жизнь без промаха

Пальцы над вышивкой у бабушки Ирины мелькают быстро-быстро: ровненько ложится крестик за крестиком... На зажатом пяльцами полотне постепенно проявляется образ святой Матроны. Ирина Иосифовна Ястребова работает лёжа. Причина не в возрасте, хотя ей пошёл 86-й год, – опять сказалась травма позвоночника, полученная в годы Великой Отечественной. Так, в руках с вышивкой, несколько часов подряд она вспоминает молодость…




Известие о войне застало 17-летнюю девушку на перроне Ташкентского вокзала. Оставить родную Кыштовку (село под Новосибирском) и отправиться на юг к старшей сестре её уговорила мать. Не век же в деревне за коровами ходить. По 18 бурёнок девчонка два раза в сутки доила, и всё за трудодни.


Устроившись у родственников, она с большим трудом нашла работу. Нигде девушку брать не хотели: при росте метр пятьдесят она выглядела сущим ребёнком.


– Как маленькая? – возмущалась Иринка после очередного отказа. – Я же комсомолка!


Наконец взяли мукосеем на хлебозавод. Сытая была – это главное в воспоминаниях бабушки, а сколько платили, бог его знает. Помнит, что целый день бегала с поручениями: из подвала, где рабочие вручную сеяли муку, на самый верх высотного здания к тестомесу. А вечерами училась на связистку. От военкомата направили.


Войны Ирина боялась всем своим девчоночьим нутром. Со страху, чтобы на фронт не забрали, даже согласилась выйти замуж за знакомого механизатора Фёдора. У того бронь была, вот молодые и подумали, что жену при муже оставят. Правда, поставила Ирина «мужу» одно условие – брак у них будет фиктивным.


Мужнина бронь не спасла. В 1943 году Ирине Худорожко (она оставила девичью фамилию) пришла повестка из военкомата: явиться с вещами.


На фронт она попала не сразу. Сначала направили на учёбу в Центральную женскую снайперскую школу под Подольском. (Родственники помогли, на повестке написали «главобуч»). Там одновременно около трёх тысяч девушек постигали азы снайперского ремесла.


– У меня промахов в стрельбе не было, – отрывается от почти вышитого образа святой Матроны Ирина Иосифовна, – говорю без хвастовства. Командир выделял сибирскую девчонку, перед всем взводом в пример ставил:


– Из вас будет жить одна Худорожко, а вы все ляжете…


И в норматив, разобрать-собрать винтовку на время, она укладывалась лучше многих. Сей факт объясняла деревенской сноровкой, приспособленностью к любой работе. Вот только бегать с винтовкой за плечом, чтобы пятки не отбивать, так и не научилась. Куда деваться, коли росточком мала.


Через полгода учёбы девчонок-снайперов послали на фронт. Одели в новые полушубки, валенки – и в теплушки… Взвод, в котором служила Ирина, направили в Заполярье. Когда к городу Кандалакша подъезжали, оказались под бомбёжкой. Вся железная дорога в воздух взлетела, вагоны горели. Командир стал уводить девушек в тайгу. Ирина Иосифовна вспоминает, что немцы от них совсем близко были, в громкоговорители кричали по-нашему, страху нагоняли:


– У русских воевать некому, женщин прислали!


И бомбили нещадно. После очередного налёта с воздуха Худорожко завалило так, что ни пошевелиться, даже язык онемел. Подруги нашли её, откопали, но на ноги встать Ирина не могла, тело не слушалось, дальше тащили её на плащ-палатке. Во время налётов все бросались врассыпную. А Ирина лежала, смотрела на небо, и казалось ей, что бомбы ровными рядочками летят прямо на неё… и было страшно, что никогда она не увидит мамочку родную…


Из госпиталя девушку выписали ближе к весне: снег ещё лежал, но вовсю звенела капель и пели птицы. Ходила она плохо, одну ногу подтаскивала. Командир как увидел «пополнение», проворчал сквозь зубы:


– Ещё один снайпер явился.


Немецкие части подошли к нашим расположениям очень близко. В отдельных местах находились на расстоянии 30 метров. Солдаты посмеивались над новенькой, мол, смотри по ошибке к фрицам в окоп не угоди. А та не оплошала, во время знакомства с расположением траншей с разрешения сопровождающего «сняла» первого в своей жизни фашиста. Уж больно противник обнаглел, в полный рост ходил, ничего не боясь. Правда, в ответ их накрыл шквал миномётного огня…


Вспоминает бабуля морозы лютые 44-го года. Как с «охоты» на немцев девчата-снайперы возвращались чуть живые: с обмороженными руками и ногами. Сами разуться не могли. А у неё после первой контузии и вовсе ноги отнимались. Помнит Ирина Иосифовна, что только в Заполярье убрала 36 фрицев. А когда в 45-м в наступление пошли в составе третьего Украинского фронта, уже и не считала число убитых фашистов.


Чуть более трёх лет воевала Ирина Худорожко. Била врага в Заполярье и Карелии, Венгрии, Югославии, Румынии. Победу встретила в Вене – столице Австрии. И до осени со снайперами и разведчиками «охотилась» по горам за эсэсовцами и власовцами. Вместе с девчатами в плен фрицев брала. Так обратно до Бухареста дошла…


– Вся война одинаковая, – подводит итог бабушка, – главное – выполнить задание, заставить замолчать противника, промаху не дать. Или ты, или тебя. Это и есть война.


В семейном архиве Ястребовых бережно хранятся фотографии далёких фронтовых лет: из школы снайперов, перед отправкой на фронт, фото на память с наградами. Есть среди них особо почитаемая солдатами медаль «За отвагу», а также «За боевые заслуги», Почётный знак снайпера… Сохранилась в архиве даже книжка красноармейца. Среди пожелтевших от времени страниц можно прочитать вещевое имущество бойца Худорожко: рубаха нательная – одна штука, сапоги кирзовые – одна пара…. Военное приданое.


Любовь. Бабушка Ирина уверяет, что с этим чувством была незнакома. Молилась и просила Боженьку избавить её от замужества. О какой семье может идти речь, если к концу войны еле ноги передвигала? Травмированный позвоночник мучил.


Однако замуж наша снайпер к концу войны всё же вышла. В Венгрии, когда часть на пополнение стояла, легла в госпиталь, там и присмотрел её врач Николай Ястребов. Сначала попросил пуговицы на гимнастёрке пришить. Потом принёс подарочек – маленький немецкий маузер. А вскоре замуж позвал. Отказа не принял, свидетельство о браке с Фёдором разорвал в клочья. – Не отступлюсь, – сурово проговорил он, – всё равно моя будешь.


Семейную жизнь Ястребовы начинали на Украине у родителей мужа, потом уехали навестить мать Ирины в Кыштовку. И все вместе решили перебираться на постоянное место жительства в Сталинск к родственникам.


В 1946 году, по воспоминаниям Ирины Иосифовны, наш город таковым и назвать было трудно. Деревня деревней, только трубы вокруг. Автобусы практически не ходили, а подвезти в нужном направлении могли на любой грузовой машине. Люди проще были. Ястребовы купили махонький домик на улице Коммунарке, что в Орджоникидзевском районе, и зажили. Николай устроился в госсанинспекцию, Ирина вела домашнее хозяйство.


Муж достался головастый, считает героиня нашего повествования, и она во всём слушалась Николая. Не перечила, cледовала за ним, как ниточка за иголочкой. Сначала из своего налаженного быта в Сталинске опять куда-то под Новосибирск. (Ястребов вдруг резко сменил профессию, выучился на юриста и был направлен работать судьёй). А потом с тремя ребятишками, один другого меньше, спешно обратно в Сталинск. Причины муж не объяснял, так надо – и всё. В Новокузнецке Николай работал на ферросплавном заводе сразу на двух должностях: юриста и начальника административно-хозяйственного отдела.


– Жили хорошо, счастливо жили, – уточняет бабушка Ирина.– Ястребов ценной женщиной меня называл, а что во мне такого ценного?


После смерти Николая Ермолаевича Ирина Иосифовна устроилась на ферросплавный завод, работала на одной из печей дозировщицей шихты. В 35 лет ещё раз вышла замуж. И опять, как говорит сама, без любви, просто послушалась совета матери и родственников. И этот брак оказался удачным. С первым мужем Николаем Ястребовым Ирина прожила всего восемь лет, со вторым, Василием Зуевым, около 20 (с величины девяти десятков лет ей этот срок женского счастья кажется маленьким), и тоже овдовела. От обоих браков у неё четверо детей, 11 внуков, а правнуков и праправнуков ещё больше.


– Нонче ещё девочки народились, – пробует сосчитать бабуля многочисленное потомство. – Тамара! – зовёт она дочь в помощницы.


Моя собеседница устала, хотя наотрез отказывается это признавать. Просит только дочку повернуть её на бочок… Вышитая Матрона отложена в сторону. Каждый день обращается к ней Ирина Иосифовна с одной просьбой – дать здоровья. Святая в ответ награждает терпением. – Вот и терплю, – посмеивается бабушка.


Её живые с лукавинкой глаза задорно поблёскивают. Напоследок рассказывает про внучку Светлану. Она в милиции работает, недавно на стрельбище экзамен сдавала. Получила оценку «хорошо», а в прошлый раз «отлично» было. Бабуля думает, что виной тому компьютер (много внучка за ним работает, зрение «садит»). А так в семье Ястребовых бьют без промаха.


Марина Герман, газета «Новокузнецк»

Beta! Нашли ошибку в тексте? Выделите ее и нажмите enter