RSS    Реклама на сайте

Реклама


Наши читатели



Новости Новокузнецка

Архив новостей
ААА

Новость от 7 Апреля 2010

Огромное небо…

Авиацией и воздушными просторами накануне второй мировой войны многие просто бредили, страна жила подвигами папанинцев, челюскинцев, повсюду создавались аэроклубы, профессия лётчика была окутана ореолом романтики. А вот кузнецкому парнишке Владимиру Козлову небо как-то не снилось, и о покорении воздушных просторов он не мечтал. На призывной комиссии просился служить в бронетанковые войска, но по всем параметрам подошёл в авиацию. Как бы всё ещё сопротивляясь судьбе, курсант Барабинского лётного училища Козлов к будущей профессии относился довольно прохладно, занимался без особого желания.


– И только после первого самостоятельного полёта я понял: авиация – это моё, – вспоминает Владимир Васильевич. – И тогда уже всё пошло как по маслу… Если, конечно, можно так говорить применительно к военному времени.


В феврале 42-го наш земляк попал на Ленинградский фронт. Спустя полтора года воевал на третьем, потом втором Прибалтийском. Командир звена Козлов был довольно удачлив в небе. Самолёт сбивали, машина горела в воздухе, но из многих переделок Владимир вышел живым и невредимым. Осколками не раз разрывало обшивку самолёта, но никогда снаряды не попадали в сердце машины. А когда однажды всё же произошёл очаг возгорания в самом моторе, лётчика спасла низкая высота: он успел посадить машину, выскочить из кабины и, пока не начался пожар, добежать до леса…


Поднимаясь в воздух, Владимир Козлов никогда не думал о том, что будет сбит или что в небе может подвести техника. Напротив, был уверен: всё сложится и всё получится, хотя при выполнении боевых задач лётчика ежеминутно подстерегали опасности и неожиданности – и любая из них могла стать роковой.


А первые испытания начались, когда он был ещё курсантом. Во время ночного полёта на высоте 1800 метров отказал мотор. Самолёт они со штурманом посадили, а инцидент, как потом оказалось, произошёл из-за грязного бензина. Были похожие случаи и после войны: однажды при подготовке к полёту перепутали тяги, и в воздухе отказал цилиндр. Козлов чудом посадил неисправный самолёт, который при приземлении задел колёсами крышу ангара.


Кто говорит, что на войне не страшно… Было страшно, признаётся бывший лётчик, да ещё как. Например, при фотографировании мест расположения противника, когда вероятность быть сбитым приближалась к максимальной (съёмка осуществлялась с легко досягаемой снарядами высоты 1200 метров). Для освещения местности к самолёту подвешивались три бомбы, которые сбрасывали с определённым интервалом. Первая из них покидала борт – и немцы обнаружив разведчика, открывали по нему ураганный огонь. А пилот, в то время как штурман вёл съёмку, не имел права менять ни скорости, ни высоты. Экипаж часто шёл на верную смерть, и спасало его лишь везение и то, что огонь, который вели противники, был неприцельный.


Небезопасными считались перевозки термитной жидкости, которую бросали в окопы противника в ответ на применение немцами газов по советским войскам. Она была упакована в шары, напоминающие новогодние, и вот однажды в полёте раздался крик штурмана: «Горим!» Очевидно, лопнувший шар стал причиной случившегося. Кассеты пришлось сбросить в болото, чтобы не допустить пожара на самолёте.


Судьба сберегла лётчика Козлова и во время военных командировок, в которые его посылали трижды. Однажды перегоняли санитарные самолёты из Казани в Ленинград для партизанских отрядов и при заходе на посадку попали под обстрел. Тогда из десяти машин село только три, но – парадоксы военного времени – такие рейсы не входили в число боевых вылетов.


Были случаи, которые запоминались надолго и многим. Например, когда часть готовилась к передислокации в район Финского залива, начался продолжительный обстрел, от которого лётчики укрылись в землянках. И когда всё уже стихло, с пролетевшего немецкого самолёта сбросили вымпел со словами «Вызываю на честный бой».


Командир вызов принял. «Кто?» – обвёл глазами лётный состав, приглашая желающих. Решился один молодой лейтенант. О том, что его противником стал ас, говорили знаки на кабине самолёта. Самоуверенный немец был сбит, выпрыгнул с парашютом, и его доставили на допрос. Там он попросил показать сбившего его лётчика. И не поверил, когда увидел перед собой юнца. Снял с руки золотые часы и передал их тому в знак признательности…


Кончилась война, и полёты Владимира Козлова продолжились уже в мирном небе. Куда только после Победы не забрасывала его судьба! Возвратился в родной Сталинск, а потом обучал курсантов в аэроклубе в Томске, где и встретил свою половинку. С Галиной Вячеславовной они вместе вот уже 59 лет. Галина девчонкой совсем не мечтала о том, чтобы будущий муж был военным. Но в жизни получилось по-другому. Молодую семью отправили на Курилы, и до Дальнего Востока Козловы добирались на паровозе несколько суток. Но на месте должность командира звена оказалась занятой, и Владимира Васильевича тут же перевели в сахалинский город Шахтёрск, в десантно-транспортный полк.


– Дома он почти не бывал, – вспоминает Галина Вячеславовна. – Да и другие военные тоже. А жёны пытались хоть как-то наладить быт и очень переживали за мужей, ведь всякое с ними могло случиться. Да ещё и тряслись от страха: недалеко располагался лагерь заключённых.


И сахалинское небо не раз испытывало на прочность экипаж Владимира Козлова. Однажды в полёте у транспортного самолёта заглох правый мотор, а внизу было Охотское море… Долетели на одном, но сели не сразу: из-за сильного ветра заходить на посадку пришлось со стороны Тихого океана. Экипаж доставил груз, а причиной неполадки, как выяснилось, стал отказ в работе бензонасоса.


Прослужив на Дальнем Востоке три с половиной года, Козлов подал рапорт об увольнении: ему хотелось продвижения по службе, а там такой возможности не было. Рапорт рассматривался аж в Москве, откуда Владимиру Козлову пришёл вызов в Германию, где он пробыл ещё пять лет. Закончив службу, отказался от штабной работы и вернулся в родной Новокузнецк. Здесь ещё более двух десятков лет он был связан с гражданской авиацией – готовил лётный состав. Теперь в одном из школьных музеев хранится парадная форма В.В. Козлова. Он всегда щедро делился с теми, кто интересовался историей, снимками военного времени, и теперь его домашний архив весьма скуден. Но даже те фотографии, что остались, не поблекли за долгие годы! Они удивительно точно передают дух того времени. Кстати, средний сын Козловых, Виктор, пошёл по стопам отца – тоже стал лётчиком.


Начав войну лейтенантом, Владимир Васильевич дослужился до майора. Мужественно воевал, честно исполнял свой долг на гражданке. Его жизнь и ратный подвиг – в числе лучших страниц в истории Великой Отечественной войны, авиации и нашего славного города…


Лолита Фёдорова, газета «Новокузнецк»

Beta! Нашли ошибку в тексте? Выделите ее и нажмите enter