RSS    Реклама на сайте

Реклама



Новости Новокузнецка

Архив новостей
ААА

Новость от 28 ноября 2020

Жительница Новокузнецка: «Моего ребёнка убило равнодушие врачей»

После публикации «Ошибка врачей, или Смерть нарождённого от ковида», в редакцию ВашГород.ру обратилась новокузнечанка Александра Комарова. В конце октября она также, как Светлана Хлебунова, потеряла ребёнка. На 36 неделе беременности. При диагностированном ковиде.

«У меня двое детей, это был мой третий ребёнок, — рассказывает Александра. — Беременность протекала без особенностей. Я стояла на учёте во „второй“ консультации на ул. Грдины. Почувствовала неладное 20 октября — стала болеть спина и так как срок был большой, 36 недель, поехала в роддом № 3. Схваток не было, но я хотела быть под наблюдением. Легла в отделение патологии на сохранение. 21-го сделали УЗИ — все хорошо, сердцебиение и кровоток ребёнка в норме».

В ночь со 22 на 23 число у Александры поднялась температура до 38. Анализы показали белок в моче.

«Врачи заговорили о проблемах с почками, стали колоть цефтриаксон, — говорит Александра. — Температура сохранялась, была заложенность носа, осиплость и я не чувствовала запахов. Мне сделали ПЦР-мазок на ковид. После консилиума врачей в ночь с 24 на 25 октября меня переводят в урологическое отделение НГКБ № 1, а уже 26 числа, после положительного теста на ковид, — в госпиталь для лечения коронавирусной инфекции на Сеченова, 26».

По словам Александры, в урологии контроль состояния ребёнка не производился.

«Раз в урологии доплером прослушали сердцебиение — и все», — утверждает Александра. Там же, в урологии, врачи приходят к выводу, что в ухудшении состоянии виноваты не почки, а ковид.

После перевода в ковидарий обеспокоенная женщина просит врачей провести УЗИ, каким-то образом проконтролировать состояние ребёнка.

«Мне сказали, у нас УЗИ нет, специалиста нет, — говорит Александра. — На фоне нервного стресса — из-за диагностированного ковида и отсутствия акушерского контроля — у меня начинаются схватки. Мне поставили какой-то укол, сказали, «вам ещё рано рожать и не в ковидарии же…»

Я уснула. Утром 27 октября просыпаюсь и не чувствую ребенка. Я забила тревогу, обратилась к медикам. Одна в «скафандре» про меня забыла, к обеду пришла другая, спрашивает, «ну как, нормально?» Я говорю, как нормально, если утром говорила, что ребенка не чувствую? К тому моменту муж уже купил бэушный доплер и привёз мне".

Аппаратом женщина проводит самостоятельное обследование и не слышит сердцебиения ребёнка.

«Об этом я ставлю в известность медика — опять тишина, — рассказывает Александра. — После обеда у меня начинается кровотечение. Где-то в 17 часов в ковидарии появляется специалист из 21-й горбольницы. Прикатывают допотопный аппарат УЗИ и после осмотра подтверждают: сердцебиения у ребёнка нет».

Александру готовят к естественным родам. Последующее женщина помнит плохо, урывками. По рассказам врачей, около 19 часов на свет появилась мертворожденная девочка, 3 кг весом и ростом 56 сантиметров.

Из госпиталя Александру выписали 3 ноября.

«После гибели ребёнка лежать в ковидарии было очень тяжело, — плачет женщина. — Там много беременных, счастливые роженицы… Хотя позже сказали, что после меня еще две женщины потеряли детей, на 21-й и 28-й неделях».

Александра уверена, что её дочке можно было помочь, сделай ей вовремя кесарево. «Ребёнок в 36 недель вполне жизнеспособен, — говорит она. — Если бы в роддоме сделали операцию… Как потом выяснилось, в отделении патологии не было врачей. Меня просто бросали по этим больницам, никто ничего не контролировал, всем было пофиг. В патологоанатомическом диагнозе указаны ковид и тотальный тромбоз межворсинчатого пространства. В морге доступным языком объяснили, что сначала тромбировалась плацента у меня, а потом у ребёнка».

«Заявление в Следственный комитет уже направлено, как и в страховую компанию требование провести экспертизу действия врачей, — говорит Александра. — Сейчас я здорова, всё хорошо, кроме того, что сердце разрывается. Моего ребёнка убило равнодушие. В эти ковидники медики идут за большой зарплатой, за выплатами, главное — вахту отстоять. Они к смертям привычные. А нам горе».

Две недели назад на очередном брифинге по ситуации с коронавирусной инфекцией, первый заместитель министра здравоохранения Кузбасса Елена Зеленина, комментируя случай смерти ребёнка после нашей прошлой публикации, заявила:

«Говорить об отдалённых последствиях влияния коронавирусной инфекции на новорожденных сложно, во всем мире отдалённых результатов ещё нет. Мы знаем, что на начальных сроках беременности нежелательна встреча с любой инфекцией. Потому что она может повлиять на развитие замершей беременности, вызвать самопроизвольное прерывание, пороки развития плода… Но в Кузбассе мы ничего такого пока не наблюдаем».

По словам Елены Зелениной, в регионе работают два роддома для женщин с коронавирусной инфекцией — в Кемерово и Новокузнецке. В состав обоих медучреждений входят перинатальные центры, максимально подготовленные для оказания помощи женщинам со сложной патологией. С ними работают специально сформированные бригады акушеров-гинекологов.

Почему новокузнечанкам Светлане Хлебуновой и Александре Комаровой и другим женщинам, потерявшим детей, не была оказана помощь в специализированных учреждениях с бригадами квалифицированных акушеров-гинекологов? Почему Александру Комарову с явной ковидной симптоматикой переводили из отделения в отделение, но не доставили в специализированный перинатальный центр? Почему в такой помощи было отказано Светлане Хлебуновой? На эти вопросы должны ответить компетентные органы. Медики уже сделали своё дело.

Владислав Понкратов

Уважаемые читатели, теперь вы можете поделиться своими новостями о событиях в городе с редакцией Novokuznetsk.su по WhatsApp, Viber, Telegram по телефону +7 (923) 464-0620.

Читайте также: