RSS    Реклама на сайте

Реклама



Новости Новокузнецка

Архив новостей
ААА

Новость от 26 января 2021

Отверженные, или И не друг, и не враг, а так...

На днях в Новокузнецке случился скандал в частной передержке для бездомных собак «Причал» на ул. Калтанской, 1. Соцсети разрывались от гневных сообщений о «концлагере для животных», о голодающих в «Причале» псах и антисанитарии. В ситуацию даже вмешался мэр Сергей Кузнецов, который в сообщил о требовании к Роспотребнадзору проверить условия в передержке.

Уже на следующий день сотрудники ведомства посетили подворье и заключили: все там хорошо, звери кормлены и в вольерах чистота. Но через день вновь бомба — видео в соцсетях, где собаки заживо грызут своего собрата. И пометка, что это произошло 20 января 2021 года в «Причале».

«В тот момент я была на передержке, кормила животных, — рассказывает зоозащитница Ирина Егорова. — Раздался крик, что в вольере рвут собаку. Мы помчались туда. В вольере была страшная картина: труп собаки висел в перегородке между вольерами, ее грызли с обеих сторон… Мы потребовали отдать труп, чтобы сделать экспертизу, но нам отказали. Как отбивали труп — целая спецоперация. На нас напали сама владелица передержки Галина Чалкова, дочь хозяйки Светлана и ее спутник. Выкручивали руки, били по спине и по голове, мешок с трупом отобрали. Мы вызвали полицию, ждали долго. Прибывшие полицейские не стали изымать мешок с разорванной собакой, мол, не имеем права. Нас привезли в отдел и сняли показания. Полицейский у меня уточнил: „Будем подавать заявление по жестокому обращению (с животными) или за нападение? Второе не советую, почти недоказуемо“. Поэтому написали по жестокому обращению. Сейчас ждем, возбудят ли дело — не возбудят… С передержкой вообще странная ситуация. Впечатление, будто есть высокопоставленный покровитель, который решает все вопросы, защищает. Никто никаких нарушений не видит, улики не собирает, хотя они необходимы для доказательства преступления».

По словам Марии Городештян, помощника депутата Госдумы Алексея Диденко, которая, к слову, была свидетелем части скандала, новокузнецкие зоозащитники возмущены результатами проверки «Причала» официальными органами. «Как можно было не заметить антисанитарию в клетках и истощенных псов? — удивляется она. — Хозяйка передержки утверждает, что все животные стерилизованы. Тогда почему рожают собаки, которые уже несколько месяцев проживают в вольерах „Причала“? Волонтеры знают всех животных наперечет…»

«Мы не понимаем, зачем Чалковым эта передержка, если там животные голодают, в клетках грязно и они переполнены. Да вы на фотографии взгляните, видео посмотрите — это же концлагерь», — возмущена Ирина Егорова.

Смысл в приюте был, когда действовал Благотворительный фонд помощи животным «Причал» — через него хоть деньги можно было отмывать — но его ликвидировали в мае 2019 года.

Уже год действует закон «Об ответственном обращении с животными», но, по ощущениям, ситуация с бездомышами стала только хуже. Соцсети разрываются, с одной стороны, от сообщений об агрессивных стаях собак, наводнивших кузбасские города, с другой — о «концлагерях для животных», в которых недокармливают и мучают пушистых хвостиков. Редакция ВГ решила разобраться, почему мы не в ответе за тех, кого приручили.

Закон есть — приютов нет

Долгое время в Союзе, а потом и в России «разговор» с бездомными животными был короткий — пуля или более «гуманное» — смертельная инъекция. И хотя это объективно жестоко, бесчеловечно и несправедливо, ведь собаки становятся бродячими по вине людей, но это действенно регулировало безнадзорное поголовье.

Более 20-и лет российские зоозащитники добивались принятия закона, запрещающего истребление животных и регламентирующего гуманное отношение с хвостатыми бездомышами. В полную силу ФЗ заработал с 1 января 2020-го. С этого времени начала действовать норма о том, что единственное основание для умерщвления — неизлечимая болезнь животного, «доставляющая ему непереносимые физические страдания». И даже агрессивные особи, представляющие опасность для людей, должны не уничтожаться, а помещаться в приют и содержаться там до их естественной смерти.

И оказалось, ни власти, ни общество не готовы к новым реалиям. Приютов, которые бы отвечали требованиям, прописанным в законе, нет в большинстве регионов. В Кузбассе-то уж точно. Вот методические указания Минприроды для приютов: «Приюты размещаются в специально предназначенных для этого зданиях, строениях, сооружениях и должны располагать: вольерами для содержания собак; теплыми вентилируемыми помещениями для содержания кошек (в течение года температура в них должна поддерживаться в пределах от +20 °C до +25 °C); площадкой для выгула собак; блоком изолятора; блоком карантина; ветеринарным блоком; санитарным блоком; дезинфекционно-моечным помещением; бытовым помещением для обслуживающего персонала; хозяйственными помещениями для хранения кормов, обеспечивающие условия хранения, определенные изготовителем кормов, или кормо-кухней для приготовления кормов из натуральных продуктов; складом для хранения опилок, сена или другого подстилочного материала, инвентаря; морозильными камерами для временного хранения биологических отходов; контейнерной площадкой, контейнерами для твердых бытовых отходов и контейнерами для биологических отходов».

Есть в Кузбассе такие учреждения? Однозначно нет. Только частные приюты и передержки, существующие на пожертвования граждан, едва-едва наскребающие на еду для животных, сено для подстилок и уголь/дрова для отопления ветхих помещений. Большинство приютов откровенно выживают.

Собаки — отдельно, деньги — отдельно

Анжеро-Судженск, приют «Островок Доброты», руководитель Светлана Киселева. Защитой животных занимается около 10 лет. Приют создан общественной организацией и содержится на пожертвования горожан. Еще 21 210 рублей ежемесячно выделяет городская администрация. Эти деньги идут на зарплату двум рабочим. За вычетом налогов, получается по 8 с копейками тысяч в месяц на руки. Кто за такие деньги пойдет работать? По словам Светланы, на новогодние праздники работники запили, она осталась на хозяйстве одна. А в приюте сейчас больше 200 собак, еще щенки и кошки. Ежедневно для них нужно натопить помещение, сварить еды, убрать в вольерах и будках, навести порядок на территории.

На днях закончились сначала сено, потом топливо, потом корм для животных. Каждый раз Светлана кидала клич в соцсетях и неравнодушные горожане по рублю собирали необходимые суммы.

«Я много раз обращалась в нашу мэрию, подробно расписывала, сколько нужно средств, чтобы достойно содержать животных, но результата, по большому счету, никакого, — говорит хозяйка приюта. — В прошлом году администрация объявила тендер на отлов и стерилизацию животных — его выиграла ветеринарная клиника. Мы даже участвовать не стали, потому что нет необходимого для отлова оборудования, обученных людей, спецтранспорта, дополнительных вольеров для временной передержки и ветеринара. У ветклиники, кстати, тоже нет, но они выиграли конкурс».

По словам Светланы, в начале прошлого года она узнала, что областной бюджет выделил Анжеро-Судженску 1 млн. 68 тыс. рублей на отловочно-стерилизационные мероприятия. Хозяйка приюта обратилась в мэрию узнать, на что планируют потратить миллион, а там поправили «Не миллион, а 900 тысяч». «Я звоню в область, мне говорят: „Все правильно, чуть больше 100 тысяч мэрия взяла за администрирование…“ Администрирование чего?! Что тендер провели и подрядчик не выполнил свою работу?»

«Волонтеры — это миф»

Кемерово, приют «Верный», руководитель Татьяна Медведева. По словам хозяйки, «город» никак не помогает приюту. Сейчас под ее опекой 300 животных, пополам кошек и собак. На вопрос, сколько волонтеров помогает приюту, неожиданно отвечает: «Волонтеры — это миф, их не существует. Есть постоянная группа из трех человек — это учредители. Мы в это впряглись и совесть не позволяет все бросить. Пытаемся нанимать работников, потому что физически тяжело, но средств не хватает. В уставе приюта прописано, что мы можем содержать 150 животных, только сократить хвостиков не получается — город переполнен бездомными животными».

Татьяна уверена, что во всем виноваты люди, которые выгоняют животных на улицу, не стерилизуют и позволяют бесконтрольно плодиться. «Необходимо обязательное чипирование, чтобы можно было найти и наказать безответственного хозяина, если хвост оказался бездомным, — говорит она. —  Кроме того, должен быть налог на нестерилизованных животных. Не хочешь стерилизовать — плати. А на собранный деньги будут существовать приюты. Общество все больше и больше деградирует. И средства массовой информации постоянно делают вбросы, мол, вот собаки, где-то кого-то загрызли… Я 25 лет работаю с животными и меня собаки ни разу не покусали, а где меня только не носило. И когда читаю, что кого-то окружили, покусали и загрызли — это такой бред… И никто не обращает внимания, что люди все больше наглеют и хамеют, и плодят бездомных животных, и все меньше ответственности за это несут».

Татьяна скрывает местонахождение приюта: «Это информация точно не для СМИ. Приют переполнен, но горожане не понимают этого и подбрасывают нам и щенков, и котят…». Выходит, кто-то плодит животин и избавляется, а кто-то потом их выхаживает и пытается пристраивать.

«Стерилизованные собаки в стаи не сбиваются»

Новокузнецк, приют «Шанс на жизнь», заместитель управляющего Анастасия. Тоже не афишируют свое местоположение — иначе не справятся с валом подброшенных хвостов. В настоящее время в приюте около четырехсот собак и сорока кошек, которые существуют на спонсорскую помощь. Единственная помощь от города — безвозмездная аренда на 10 лет комплекса зданий, в которых располагается приют.

В прошлом году в Новокузнецке прошло 2 тендера на работу с безнадзорными животными. Первый выиграла ООО «Авега», но в августе 20-го с компанией разорвали контракт из-за огромного количества жалоб от общественников. «Авегу» проверили и выявили нарушения и факты жестокого обращения.

«В октябре контракт выиграла компания „ОБЖ“ и мы работаем с ними в субподряде по программе ОСВВ (Отлов → стерилизация → вакцинация → возврат на улицу — ред.), — рассказывает Анастасия. — Если за месяц животное не пристраивается, то чипированное, вакцинированное и стерилизованное животное отправляется на улицу…» «Вы считаете это правильным? Разве важно, какая собака набросится на ребенка — чипированная или нет?» — поинтересовался журналист. «К нам в приют еще ни разу не привозили собаку, которая бы бросалась на людей. Такое происходит, когда они сбиваются в стаю. Но стерилизованное животное стайным уже не станет, уровень агрессии существенно снижается».

«Собака сбежала», концов не найти…

Яя, зоозащитницы Ксения Арышева и Светлана Борсукова. В Яе нет приюта, но много бездомных собак. В прошлом году поселковая администрация заключила с предпринимателем из Промышленного договор на отлов животных, но бездомышей меньше не стало.

В конце прошлого года у Светланы застрелили собаку. Она подобрала ее на улице, вылечила и откормила. «Мы знаем имя стрелявшего, заявление в полицию написано. Но мы опасаемся, что этому человеку удастся избежать наказания».

Зоозащитницы из Яи убеждены, что без поддержки государства проблему безнадзорности животных не решить.

«Мы готовы заниматься этой работой, даже выходили с предложениями на администрацию, — рассказывает Ксения Арышева. — В поселке есть здание заброшенного сельхозпредприятия. Оно подойдет под приют — далеко от жилых массивов, есть место для выгула собак и обустройства вольеров. Но у нас нет денег».

Гуманизация без денег

О государственной поддержке и устройстве именно муниципальных приютов говорили все зоозащитники. Но власти ссылаются на нехватку средств — бюджеты дефицитные. Не так давно об этом рассуждал мэр Белова. По словам Алексея Курносова, в городе около 3 тысяч бездомных собак, а содержание одной особи обходится в 10 тысяч рублей в месяц. Глава подсчитал, что для решения проблемы понадобится примерно 30 миллионов рублей, однако городской бюджет этого не позволяет. При этом градоначальник предложил зоозащитникам альтернативу — заняться открытием приютов самостоятельно, воспользовавшись муниципальной программой поддержки предпринимателей.

Начальник управления ветеринарии Кузбасса Сергей Лысенко сообщил ВГ, что «на строительство и оборудование двенадцати приютов необходимы средства в сумме 621,4 миллионов рублей». При этом Агентство стратегических инициатив по заказу Минприроды разработало типовой проект приюта. Строительство такого заведения обойдется от 10 до 25 млн. рублей. Исходя из этих цифр, 12 кузбасских приютов будут стоить от 120 до 300 млн. рублей.

По информации главного ветеринарного врача Кузбасса, «в 2020 году на осуществление мероприятий при осуществлении деятельности по обращению с животными без владельцев в областном бюджете утверждены средства в размере 37,3 миллионов рублей, из них израсходовано 17,1 миллионов рублей». Почему средства не израсходованы в полном объеме и куда потрачены 17, 1 млн. рублей чиновник не пояснил.

Вместо эпилога

Летом 2020 года журналист ВГ подобрал на улице долматинку.

«Мы ее встречали на улице, подкармливали и пытались выяснить, есть ли у собаки хозяин, — рассказывает журналист. — Думали, вдруг безответственный хозяин отпускает ее на самовыгул. Когда убедились, что никаких хозяев нет, мы приняли ее в семью. Девочка прекрасно вписалась в компанию стерилизованных кота и кошки, которых мы в свое время подобрали котятами на помойках».

Она уже научилась питаться здоровой собачьей пищей и не выпрашивает сосиски, не вылизывает банки из-под рыбьих консервов. Но только учиться не сжиматься от страха, когда к ней тянется мужская рука, чтобы погладить". Да, и содержание собаки обходится максимум в 2 тыс. рублей — говяжья обрезь и крупа стоят копейки, больше тратится на вкусняшки и витамины. А собачья любовь бесценна.

Зоозащитники справедливо твердят об ужесточении законов об ответственном отношении к братьям нашим меньшим, о чипировании и повышении налогов на нестерилизованных животных. Но пока эти проблемы не решены, а стаи регулярно пополняются брошенными кошками и собаками, стоит задуматься о том, что именно каждый из нас может для них сделать.

Уважаемые читатели, теперь вы можете поделиться своими новостями о событиях в городе с редакцией Novokuznetsk.su по WhatsApp, Viber, Telegram по телефону +7 (923) 464-0620.

Читайте также: