RSS    Реклама на сайте

Реклама



Новости Новокузнецка

Архив новостей
ААА

Новость от 06 августа 2021

От бесправия — к бесквартирью, или SOS из психинтерната

Психоневрологические интернаты (ПНИ) — закрытые для посторонних глаз учреждения, где сотрудники имеют полную власть над беспомощными взрослыми с умами детей. А безграничная власть почти всегда ведет к злоупотреблениям.

Коля Шариков скитается по детдомам и интернатам с рождения. Он появился на свет в Осинниках, да так и остался в роддоме. По рассказам Коли, его матери сказали, что он не жилец, вот она и ушла без ребенка. А у парня, по его же собственным словам, проблемы «с ногами», масса врожденных дефектов, нарушение когнитивных способностей.

До 9 класса Коля воспитывался в Прокопьевском детском доме. «Мне сказали, повезем тебя в Новокузнецк экзамены сдавать, а привезли в Кемерово в детдом для инвалидов, — рассказывает Коля. — Я сбежал оттуда, меня поймали и стали пичкать лекарствами. Плохо там было… Потом перевезли в Юргу, а оттуда уже в Гурьевский ПНИ».

По словам Коли, через соцсети он нашел родных — мать, брата. Сейчас у Коли II группа инвалидности и пенсия почти 18 тысяч рублей, но нет жилья и работы. Он дееспособен. Живет у друга в Гурьевске.

О нелегкой жизненной ситуации бывших интернатских обитателей ВашГород.ру рассказала Алла Естифеева. По соседству с ней проживает Саша Белов, также бывший постоялец Гурьевского ПНИ. «Года два назад он на третьем этаже поселился. В его квартире частенько живут то брат, то приятели. Вот сейчас Коля,  — говорит Алла. — Вроде как за время пребывания в детдоме и интернате у Саши накопились деньги на счете, ему помогли жилье приобрести. Его брату Диме — в другом доме. Мальчишки неплохие, только иной раз думаю — как же их выпустили из интерната? Они же не понимают элементарного: где килограмм, где сто грамм, сколько надо платить, вот их и обсчитывают в магазинах… Они не платят квартплату. Рассуждают, как дети, — за что платить, если квартира моя? Поэтому Саша накопил большой долг по ЖКХ. И вдруг выясняется, что якобы медсестра интерната погасила за него часть задолженности. Дальше — больше: выяснилось, что с квартирой его брата Димы совершен обмен. Мальчишка уехал жить в дачный домик без удобств, который принадлежал этой самой Римме, а ей досталась его квартира».

Алла Владимировна, в прошлом работник соцслужбы, забила тревогу. «Я считаю, что с квартирами мальчишек жульничают, как бы они совсем на улице не оказались, — сокрушается Естифеева. — Обращалась в разные инстанции, даже уполномоченному по правам человека писала, но ответа так и не дождалась. Вот сейчас Дима в этом домике живет, туда уголь надо, дрова, а он не умеет ни топить, ни топливо купить. Я разговаривала с этой медсестрой. Зачем, спрашиваю, вы Сашин долг заплатили, с чего такая благотворительность? Она отвечает, у нас в интернате сотрудники бывших постояльцев опекают. Хороша опека — с квартирами мутить…»

Информацию о злоупотреблениях в Гурьевском ПНИ подтвердили источники в самом интернате. «По закону, у постояльцев удерживают 75% пенсии в счет оплаты за проживание, — на условиях анонимности рассказал работник ПНИ. — 25% выдают дееспособным, чтобы они могли самостоятельно покупать, что пожелают — сигареты, сладости и прочее. Недееспособным все это покупают наши соцработники. Сейчас в психушке в Кемерове находится постоялец Евгений Коваль. Он потребовал, чтобы ему оформили карту и на нее перечисляли положенные 25%. В интернате сделали все, чтобы вывести парня из равновесия (много ли им надо, людям с нарушенной психикой?), накачали лекарствами и отправили в психбольницу вроде пока на месяц». По мнению источника, причина проста: движение средств по карте легко отследить, а это невыгодно некоторым сотрудникам интерната.

Работник ПНИ заверяет, что сигареты в интернате —  своеобразный кнут и пряник для пациентов. Если хотят наказать за своеволие или плохое поведение — лишают табака, хотят поощрить или подтолкнуть к каким-то действиям — дают больше положенного. «Подозреваю, что сигареты контрафактные, — утверждает работник ПНИ. — У одного из сотрудников интерната родственник занимается подобной торговлей, так сигареты нашим постояльцам у него приобретают. Так же многие постояльцы жалуются на некачественные продукты. Кроме того, они не знают размера своей пенсии, не имеют понятия, сколько им должны выдавать тех самых 25%, поэтому их часто обманывают».

Эти слова подтверждает Коля Шариков. Он рассказал, что за провинности постояльцев интерната запирали в «вонючий карантин», «загружали» препаратами и отправляли в психушку — либо в Ленинск-Кузнецкий, либо в Кемерово. «Раньше били, но сейчас те работники уволились», — говорит Коля.

Не все ладно и с оплатой труда самих работников Гурьевского ПНИ. «У меня возник конфликт с администрацией по оплате за апрель, — рассказывает бывшая санитарка ГПНИ Любовь Сухарь. — Пошла разбираться, все ж таки 10 тысяч — не копейка. В бухгалтерии сказали, простите, ошибка и доплатили. Но намекнули, что меня в интернате больше видеть не хотят. Я уволилась по собственному. Так мне еще больше 30 тысяч перечислили. А я все хотела жалобу в прокуратуру написать, чтобы проверили интернат: и начисление зарплат — думаю, нам „ковидные“ не доплатили, и то, почему совершенно не приспособленных к жизни людей отпускают из интерната. Они же не умеют с деньгами обращаться, их обмануть — раз плюнуть».

Вот и сейчас дееспособный инвалид Руслан Тимофеев написал заявление директору Гурьевского интерната с требованием продать его квартиру в Яе. Зачем? Говорит, тогда ему разрешат колбасу покупать… И как таких взрослых по паспорту, но абсолютных детей по сознанию отпускают в свободное жизненное плавание? А потом удивляются бомжам на вокзалах…

В настоящее время в Гурьевском психоневрологическом интернате ходят упорные слухи о расформировании учреждения. Несколько лет назад здесь содержалось около 170 пациентов, потом 120, теперь — 52 человека. Сотрудников учреждения чуть больше, человек 65, но и те увольняются. Написала заявление главбух Анна Чащина, еще одна сотрудница бухгалтерии готовится на выход. «Вот сейчас важно провести комплексную прокурорскую проверку, — считают работники учреждения. — Потом расформируют — и концов не найти».

Журналисту ВГ удалось получить комментарии Ольги Шикиной, в. и. о. директора ГПНИ. Начнем по тексту. «Насколько я знаю, Коля Шариков не имеет проблем с ногами. Когда проживал в интернате, участвовал в спартакиадах, бегал, прыгал и скакал. Он дееспособный, ушел из интерната сам. Причем, сначала уехал на выходные к родным, наверное, снял крупную сумму со своего счета и истратил. Когда захотел уйти из интерната, привез своего знакомого, который подтвердил, что предоставит Коле жилье — мы же не можем отпустить человека в никуда. Коля ушел, стал болтаться по городу. Приходил в интернат, воровал вещи. То телефон возьмет, то ноутбук — посмотреть, сам вынесет технику из интерната и продаст. И вообще, работники интерната не имеют отношения к выплатам тех самых 25% — эти деньги приносит работник почты и под роспись отдает нашим инвалидам».

По поводу братьев Беловых. «Работники интерната помогли приобрести мальчишкам жилье, обставили его по их вкусу. И после мы не имеем к ним никакого отношения. Патронаж у нас не предусмотрен. Они дееспособны, совершеннолетние. По поводу действий якобы нашей медсестры ничего не могу сказать, но официально мы никого не опекаем после ухода из интерната».

По поводу недоплаты зарплаты. «С „ковидными“ выплатами в интернате очень строго, нас постоянно контролируют и проверяют. Никаких недоплат не было. То, что рассказала Любовь Сухарь — неправда. Никаких дополнительных денег ей не выплачивали, только расчетные».

По поводу заявления Руслана Тимофеева о продаже квартиры. «Это муниципальная квартира в Яе, ее невозможно продать. Руслан может отказаться от жилья и тогда он пожизненно останется в ПНИ, хотя и дееспособный».

По поводу увольнения главбуха Анны Чащиной. «Она долгое время работала в интернате, на пенсии, теперь нашла работу рядом с домом — никакого криминала не вижу. О расформировании учреждения ничего не знаю, да и какая вам разница… Зачем вам эта информация? Да, раньше в учреждении проживало 170 инвалидов, сейчас число инвалидов приведено в соответствии с нормами площадей, положенными на человека для проживания».

О дееспособности живущих в ГПНИ. «Мы не принимаем решений о дееспособности постояльцев, такие вопросы решают в вышестоящих организациях. Также и с уходом из интерната дееспособных инвалидов».

О ситуации в целом. «Это психбольные люди, они могут наговорить вам, честное слово, вот поверьте».

ВашГород.ру не может не верить ни сотрудникам учреждения, ни проживающим в нем инвалидам. А правда каждой стороны немного противоречит друг другу. Наверняка разобраться в противоречиях смогут только сотрудники компетентных органов.

Уважаемые читатели, теперь вы можете поделиться своими новостями о событиях в городе с редакцией Novokuznetsk.su по WhatsApp, Viber, Telegram по телефону +7 (923) 464-0620.

Читайте также: