RSS    Реклама на сайте

Реклама


Наши читатели



Новости Новокузнецка

Архив новостей
ААА

Новость от 8 Мая 2008

«Такое дело пехота: прошёл сто вёрст, и ещё охота».

Фёдор Ефимович Кувыкин – человек самобытный. Окладистая борода, характерное для северно-русских говоров оканье, по-доброму озорной взгляд. Несмотря на солидный возраст, крепкое рукопожатие сибиряка и уверенная походка фронтового офицера. Не заглядывая в документы, и не скажешь, что живёт этот человек на земле уже девяностый год.
– Сейчас Вы такой документ вряд ли встретите, – говорит Фёдор Ефимович, протягивая свидетельство об окончании начальной школы. Документ эпохи рождения Советской власти. На обратной стороне пожелтевшего листа бумаги – наказ, который давали тогдашним школярам: живи по совести, и полученные навыки не пропадут.
Жить по совести, надёжно, основательно в мыслях и делах учил сына Фёдора и отец – унтер-офицер, единственный человек в деревне Новорямово Тюменской области, окончивший церковно-приходскую школу. За грамотность да неуступчивость Ефим Фёдорович и поплатился – колчаков-ские вербовщики отказавшегося вступать в их ряды офицера посадили под замок в холодный амбар. Спасли односельчане: оторвали половицу, подсунули тулуп, помогли бежать. После плена мужчина практически ослеп, полгода ушло на восстановление зрения. Но не сдался.
Когда Фёдор Ефимович окончил семилетку, отец отправил в Ишим, получать медицинское обра-зование – хотел, чтобы сын на старости лет лечил. Не довелось. В 1939-м, когда наш герой защитил диплом фельдшерско-акушерской школы, получил звание фельдшера, назначение, подъёмные и вернулся на побывку домой, отца уже не было в живых. Почти сразу, в сентябре вызвали в военкомат, призвали. Отправили на Дальний Восток, на секретный по тем временам 77-й артиллерийский склад народного комиссара обороны. Там и стал служить красноармейцем. Через год получил звание старшего сержанта.
Прошлое отца чуть не аукнулось перед самой войной. Комиссар получил справку о том, что Кувыкин-старший якобы был архиереем.
– Думаю, всё, в каталажку, чего доброго. В те года такая информация была чревата. Говорю: товарищ комиссар, я напишу домой письмо, подтвердят, что не служил отец в церкви. Николай Кузьмич, сосед, георгиевский кавалер, был грамотным, мог расписаться. Ещё человек пятнадцать кто крестик поставил, кто букву вывел. Обошлось благодаря комиссару.
Приближение войны ощутили раньше, чем о ней объявили. В 1940-м в часть начали призывать тех, кто служить уже не должен был: врача 1912 года рождения, учителя, которому исполнился 41 год… Надземную часть складов перед самой войной сверху скрывали землёй и садили деревья. Маскировали железную дорогу, которая была специально подведена к артиллерийским и авиационным складам.
Воевать Фёдору Ефимовичу пришлось на самой границе с Японией, в разных батальонах одного укрепрайона. Быть в действующей армии – значит, быть на передовой:
– Граница, доты, дзоты, колючая проволока проходит, а пограничники не впереди нас, а сзади. Японцев видели как своих, они окапывались рядышком, в полукилометре. Отойти на пару метров – только втроём и с оружием. Ничего, кроме землянки да кусочка горизонта, даже радио не послушать. Ничего. Некоторые не выдерживали, стрелялись. За время войны старший сержант Кувыкин прошёл трёхмесячные офицерские курсы, вступил в партию. Стал командиром санитарного взвода 105-й стрелковой дивизии, вместе с которой прошёл не один бой. Получил ордена «Отечественной войны» 2-х степеней, «Красной звезды», медали «За боевые заслуги».
В то же время произошла и главная встреча в его жизни – на станции Лазо познакомился с Надеждой Афанасьевной – единственной любовью и верной спутницей. Начало войны застало её в Белоруссии. Затем Западный фронт, Румыния. Уже после окончания Великой Отечественной она безропотно переезжала вместе с мужем из гарнизона в гарнизон, снося все тяготы жизни жены военного.
В 1955-м с женой и подрастающим сыном перебрались в Сталинск. Военный мундир Фёдор Ефи-мович сменил на милицейскую форму. Шаг за шагом, через изучение основ профессии и курсы оперсостава, через все сложности оперативной работы прошёл путь от рядового до заместителя начальника Кузнецкого РОВД. За десять лет добился уважения сослуживцев, вырос в чине до майора.
Потом пришлось написать рапорт об увольнении по состоянию здоровья. Рука болела так, что ни пистолет держать, ни дверь ключом открыть. «Опять-таки забота, куда работать пойти». Чуть не стал командиром добровольной дружины на шахте. Но не отпустили опытного кадра сослуживцы. Назначили председателем райкома ДОСААФ. Здесь с неизменной добросовестностью трудился четырнадцать лет. Имя Фёдора Ефимовича Кувыкина как активного собирателя музейных релик-вий занесено в Книгу Почёта работников культуры. Эта работа приносила удовлетворение. Печатные документы, предметы истории собирались, формировался фонд.
ДОСААФ Кузнецкого района под его руководством неизменно считался лучшим в городе. Фёдор Ефимович трижды награждён почётным знаком ДОСААФ. Первый подписал легендарный Семён Михайлович Будённый, ещё два – трижды герой Советского Союза, маршал авиации Александр Иванович Покрышкин.
С восьмидесятого года Кувыкин на пенсии.
– На этом моя история и кончилась, – лукавит наш герой. Впрочем, ещё далеко не все страницы его жизни втиснешь в рамки статьи. Например, что со школьниками контакты поддерживает, де-лится воспоминаниями о войне. Или о том, в каких именно частях довелось за долгий век служить. Всё это – сюжеты скорее для книги, чем для газетной полосы. Основная забота теперь – собственный огород в садоводческом обществе в районе 5-й фермы, куда ветеран до последнего времени ходил с Левого берега пешком.
– Более молодые, стоя на остановках, удивлялись: куда ж ты, дед, идёшь? А я им: «Такое дело пехота: прошёл сто вёрст, и ещё охота». Крестьянская смётка не пропала зря. На огороде Фёдор Ефимович, помимо обычного «продуктового набора», выращивает виноград, лимонник и золотой корень. Для души. Лишь бы здоровье позволяло.

Егор КИПРИН, газета "Новокузнецк"
Beta! Нашли ошибку в тексте? Выделите ее и нажмите enter