RSS    Реклама на сайте

Реклама


Наши читатели



Новости Новокузнецка

Архив новостей
ААА

Новость от 26 Июня 2008

Прошлое из красной папки

Не так давно ко мне в руки попали документы новокузнечанина – Николая Михайловича Андреева. Среди них личный листок по учёту кадров, копия трудовой книжки, подробная автобиография, целая гора производственных и партийных характеристик, архивных справок, правительственные телеграммы, товарищеская переписка и даже служебная книжка красноармейца 20-х годов XX века. А также десятка два старых фотографий, на которых запечатлён наш герой в разные годы жизни. Документы были тщательно собраны и сохранены сначала самим Николаем Михайловичем, а после его смерти родными людьми. Внучка Андреева, Ирина Анатольевна, перед тем как передать эти ценные «страницы истории» в музей, разрешила мне их полистать…
Итак, отправляемся на экскурсию в прошлое. Ветхие листочки аккуратно подшиты и вло-жены в красную папку. Первое, что попадает мне в руки – фотография 1916 года, сделанная в Томске. На ней запечатлён 12-летний Николай с родителями. Рядом его мать, Анна Андреевна, 32-х лет, и отец, Михаил Васильевич Андреев, 36-и лет. Уже через шесть лет отца не стало: он умер в июне 1922 года. Об этом я узнаю из автобиографии, подробно написанной Николаем Михайловичем на трёх больших листах.
Вот разборчивым, почти каллиграфическим почерком он начинает повествование: «Родился я 19 декабря 1904 года в городе Томске. Отец был рабочим. Мать, Андреева Анна Андреевна, до Октябрьской революции работала кухаркой у профессоров Томского технологического института Соболевского и Тихонова. В советское время – работницей кондитерской фабрики. Умерла в 1964 году».
Жилось семье Андреевых трудно. И поэтому детские годы Николаю пришлось провести в семье Ивана Григорьевича Неупокоева – мужа Евдокии Андреевны, старшей сестры матери. «Это было несладкое время, – вспоминает в своих записях Николай Михайлович. –
Болезненный и фанатично религиозный Иван Григорьевич в жизни был очень тяжёлым человеком. Всю жизнь он прослужил дворником у купца Горохова. Нам с тётей (она работала у того же купца прачкой) жи-лось горьковато. В свободное от школьных занятий время я помогал дяде колоть дрова и вязанками разносить ко многим печным очагам, убирал двор. Работал и учеником на конфетно-кондитерской фабрике купцов Вытновых».
Несмотря на все сложности жизни, Николай всё же смог окончить трёхклассную гимназию за два года. «Мои родственники, – пишет Николай Михайлович, – с трудом (не подходило общественное положение) определили меня в 3-е мужское высшее начальное училище». Среди доку-ментов сохранилось свидетельство Томского уездного училищного совета, удостоверяющее, что «Андреевъ Николай Михайловичъ, сынъ мЂщанина, православнаго вЂроисповЂдованія», успешно окончил курс учения в Томском начальном училище, в чём и выдано ему сие свидетельство в мае 1916 года».
Далее в автобиографии Николай Михайлович рассказывает уже об осени 1919 года: «Незадолго до очищения Томска от колчаковщины (примерно в октябре 1919 года) мы всей семьёй переехали к хорошо знакомому Никите Семёновичу Злобину, проживавшему в селе Вороново Ко-жевниковского района Томской области. Здесь встретили становление Советской власти. По рекомендации Злобина, я, так как был грамотным, пошёл работать культорганизатором по ликбезу. Советская власть начинала борьбу со всеобщей неграмотностью. В начале 1920 года в селе организовали комсомольскую ячейку, я вступил в комсомол, и вскоре меня послали на учёбу в Том-ский рабочий Университет практических знаний (подобие ремесленного училища)».
Отец, мать и сестра Андреева в это время перебрались на новое место проживания в село Дубровное Лебяжьевского района Курганской области. По вызову отца в 1920 году Николай выехал к ним в кратковременный отпуск. Мать тяжело болела, и отец не отпустил его на учёбу.
«Будучи в сравнении с другими более грамотным, да к тому же членом РКСМ, я по настоянию местных коммунистов А.А. Штырёва, П.В. Высыпкова пошёл работать в земельный отдел Волревкома, – пишет Николай Михайлович. – Этому участку советской работы в это вре-мя придавалась особая роль. Шла борьба за хлеб, столь необходимый стране, разворачивалась работа комитета бедноты».
Шестнадцатилетнему Николаю была поручена работа по организации сельских комсомольских ячеек. К январю 1921 года при помощи коммунистов волости они были созданы в селе Дубровном и деревне Полой. К этому времени «главным направлением в ра-боте комсомола стали пополнение сельских ячеек, ликвидация безграмотности среди населения, изъятие хлеба у кулаков и зажиточного населения, – пишет Андреев. – Это было тревожное время: недобитые белогвардейцы, озверелые кулаки подняли Ишимско-Ялуторовское кулацкое восстание, которое охватило часть сёл и деревень Курганского уезда. В организованном Елошанским волкомом РКП(б) отряде Частей особого назначения (ЧОН) я в качестве рядового бойца участвовал в подавлении этого мятежа, а затем нёс службу в ЧОН своей области. В марте 1922 года волость была упразднена, населённые пункты переданы Елошанской волости».
Андреевы переезжают в село Кочкарь Троицкого района Челябинской губернии. Глава семейства, Михаил Васильевич, поступает грузчиком на местный рудник, Николай работает в волостном комитете РКСМ. В июне 1922 года в дом пришла беда – от голодного истощения умерли отец и сестра. Николай перешёл работать на рудник тормозчиком вагонеток, в которых доставлялся золотоносный песок на фабрику… Как выжили они с матерью в это тяжёлое время, одному Богу известно. В декабре вернулись в село Дубровное, где 18-летний Николай стал работать секретарём сельского Совета… В сентябре 1923 года его пригласили в Елошанский волком РКП(б) для ведения партийного делопроизводства.
«В октябре 1923 года, – продолжает рассказ о своей жизни Андреев, – я добровольно поступил на службу в РККА – 312 батальон Частей особого назначения. В июне 1924 года ЧОН расформировались, а командные кадры были переданы в 171 стрелковый полк 57 Уральской ар-мии. В декабре 1924 года я заболел и был из РККА демобилизован. Томский горком РКСМ с группой комсомольцев направил меня в Губфинотдел для укрепления аппарата, в котором работали многие лица, не внушающие доверия. В финорганах города Томска работал до апреля 1931 года, затем был направлен в Новокузнецкий городской финансовый отдел. В дальнейшем был откомандирован на соцстройку – Кузнецкий металлургический комбинат, начальником отдела кадров».
В Томске Андреев ведёт активную общественную деятельность, работает секретарем ком-сомольской ячейки Губфотдела. В 1928 году хотел было вступить в партию, но, как он сам отмечает в своих записках, из-за регулирования роста партийных рядов его как служащего не приняли в РКП(б). В комсомоле он считался переростком, поэтому формально из РКСМ выбыл, но связи с партией и комсомолом не терял до момента приёма (май 1932 года) в ряды КПСС: на общественных началах активно работал пропагандистом комсомольских политшкол.
И вот на какой интересный факт биографии Андреева, связанный с партийной жизнью, наткнулась я, внимательно читая документы. Только один раз собственноручно в биографии он напишет: «В 1937 году исключался из рядов КПСС с формулировкой «за связь с врагом народа Бутенко К.И., бывшим директором КМК». В октябре 1938 года Новокузнецкий горком КПСС признал исключение неправильным, и я был вновь принят в ряды КПСС».
Больше нигде в документах я не нашла подтверждения этому факту, нет никакого намёка, упоминания об исключении из партии. Вот выписка из учётной карточки №0904353 на члена КПСС Н.М. Андреева. В строке «время вступления в кандидаты КПСС» отмечено: май 1932 года. Новокузнецкий ГК ВКП(б) Кемеровской области. Время вступления в члены КПСС отмечено в карточке как октябрь 1938 года. Новосибирский обком ВКП(б). В пункте «состоял ли в КПСС раньше (когда, где, причины выбытия)» – прописано «не состоял»…
Интересна и переписка Николая Михайловича. Среди бумаг нахожу товарищеское письмо (именно так оно и озаглавлено) товарищу Бардину И.П., датированное 28 июня 1938 года: «…моей мечтой всегда была и остаётся, к великому сожалению, я осуществить её не смог, – учёба. Я много учился очно и заочно, причём отлично (курс по подготовке в вуз, Свердловский институт повышения квалификации ИТР и хозяйственников), но ничего капитального не получил. Сейчас мне 34 года, не имея возможность пойти учится во ВТУЗ, так как не имею общеобразовательной подготовки, да и связан семьёй, я всё же не могу смириться с тем, что не получил производственно-технического образования… Убедительно прошу оказать содействие в поступлении на учёбу в Промакадемию». Рядом подколота ветхая справка от 26 августа 1940 года на имя товарища Никулина, директора украинской Промакадемии НКЧМ имени товарища Сталина И.В., подписанная помощником директора КМК по кадрам В.И. Ковригиным, подтверждающая, что «командируемый для сдачи испытаний начальник отдела кадров КМК Андреев Николай Михайлович полагающимся ему учебным отпуском по приказу НКЧМ №96-1940 не пользовался ввиду сложившихся производственных условий в работе отдела кадров КМК».
Более подробно причины неявки Андреева на вступительные экзамены описаны в письме народному комиссару чёрной металлургии СССР товарищу Тевосяну: «В 1940 году тов. Андреев не был отпущен на вступительные экзамены в силу производственных обстоятельств: во-первых, «два руководящих работника отдела кадров (его помощники) призваны в РККА на переподготовку сроком на три месяца и смогут вернуться на работу лишь в сентябре; во-вторых, в связи с проведением работ отделом кадров КМК по перераспределению рабочих кадров, высво-божденных на основании Указа Президиума Верховного Совета СССР от 26 июня 1940 года в связи с переходом предприятия на восьмичасовой рабочий день и семидневную рабочую неделю. Таким образом, не представляется возможным отпустить тов. Андреева на приёмные испытания». Заканчивается письмо просьбой: «Дирекция КМК, Сталинский ГК ВКП(б) и Заводской Пар-тийный комитет просят вас зачислить тов. Андреева в Харьковскую Промакадемию на учёбу без испытаний. Подписи: директор КМК Белан Р.В., секретарь Сталинского ГК ВКП(б) Мурзов А.И., парторг ЦК ВКП(б) – секретарь ЗПК Москвин В.А.»
Но, видимо, учёбе в Промакадемии помешала война, в документах Николая Михайловича есть только запись о том, что он «окончил четыре курса заочного отделения Свердловского хозяйственного института. Об этом свидетельствует справка №0-18 от 19 октября 1940 года».
С 1932 по 1947 годы Андреев неоднократно избирался членом Горсовета депутатов трудящихся. В 1941 году он был утверждён председателем комиссии по районированию города Новокузнецка, вскоре стал председателем исполкома Районного совета депутатов трудящихся Центрального района Новокузнецка.
В годы Великой Отечественной войны, как пишет сам Николай Михайлович, «я пытался дважды пойти на фронт, но каждый раз обком КПСС отказывал в просьбе. После выхода в свет постановления политбюро ЦК КПСС об усилении и организации повседневной помощи семьям военнослужащих и их семей Кемеровский обком КПСС и Облисполком утвердили меня в должности зам. председателя Горисполкома по обслуживанию семей военнослужащих и инвалидов войны. После войны в исполкоме Горсовета на меня возложили обязанности по руководству работой промышленности города».
С 1947 по 1949 по решению Кемеровского обкома КПСС Н.М. Андреев работал в сельской местности – Кузедеевском райкоме партии. В 1949 году по семейным обстоятельствам, с разрешения обкома, вернулся в Новокузнецк, на родной завод. До 1966 проработал на КМК, в разное время начальником участка, мастером, начальником смены. Активно участвовал в партийной жизни города. В 1950, 51, 52 годах избирался членом партбюро копрового цеха Кузнецкого металлургического комбината, с 1953 по 1955 был неосвобождённым секретарём партбюро копрового цеха, с 1953 по 1954 – членом парткома КМК. 14 марта 1951 года Указом Президиума Верховного Совета СССР за долголетнюю и безупречную работу в чёрной металлургии он был награждён медалью «За трудовое отличие».
Последний документ в красной папке – справка от 5 июля 1962 года о заработной плате за последние годы, выданная Н.М. Андрееву для начисления пенсии. Из неё можно узнать, что всего за последнюю, предпенсионную, пятилетку на КМК, он заработал – 16 тысяч 144 рубля 63 копейки. И что с 6 июля 1962 года пенсионеру Андрееву назначена пенсия в 120 рублей…
Люблю рассматривать старые фотографии и документы. Это интересно и познавательно. Вглядываешься в потускневшие и потрескавшиеся от времени фотографии с обломанными уголками, перелистываешь обтрёпанные временем пожелтевшие листочки – и невольно погружаешься в прошлое далёких десятилетий, где отдельными событиями, нюансами и штрихами в судьбе одного человека отражаются события целой эпохи.

Алёна НЕЗВАНОВА, газета «Новокузнецк»
Beta! Нашли ошибку в тексте? Выделите ее и нажмите enter