RSS    Реклама на сайте

Реклама


Наши читатели



Новости Новокузнецка

Архив новостей
ААА

Новость от 23 Июня 2009

Ржевская «катастрофа», или Миф о «пирровой» победе

Одним из самых подлых и самых предательских мифов о Великой Отечественной войне является миф о том, что победа Красной Армии над Вермахтом досталась слишком дорогой ценой. Что наши людские потери в несколько раз, а по мнению иных авторов, – на порядок (!) превышали потери наших врагов.
Вот уже подряд два президента России призывают к совести и ответственности отечественных историков, публицистов и деятелей культуры, требуя восстановить историческую и художественную правду об огромном подвиге нашего народа и его армии в той Великой Войне!
Ничуть не бывало!
На исходе минувшей зимы, именно в День защитников Отечества, телеканал НТВ «выдал» очередной «документальный» пасквиль – фильм Алексея Пивоварова «Ржев. Неизвестная битва Георгия Жукова». Этот самопредательский фильм, кстати, в канун Дня Победы был удостоен на отечественном кинофестивале «Ника» специального приза.
Оставим имя великого русского самородка Георгия Жукова для отдельного разговора, как особый миф о «тупости» советских генералов и их безжалостном отношении к солдатским жизням. Поговорим детальнее о наших потерях под Ржевом и о наших действительных потерях в Великой Отечественной войне.
Авторы фильма с трагическим пафосом заявляют, что за период с 8 января 1942 года по 31 марта 43-го в боях под Ржевом Красная Армия потеряла убитыми 2 – 2,5 миллиона человек. Зритель, не знакомый с историческими и архивными документами о войне, введёнными в научный оборот и опубликованными в последние десятилетия, поверив на слово этой лжи, поданной в жанре документальной драмы, ужаснётся: «Если у стен заштатного Ржева положили столько народа за год с небольшим, то сколько же всего полегло на всём громадном фронте за четыре года войны?!»
Ужаснётся и невольно согласится с абсолютно фантастическими цифрами потерь, вброшенными в печать разными авторами более или менее безответственно в недавнее время. Покойный А. Солженицын писал о 44 миллионах погибших в Великой Отечественной советских воинах ещё в 1989-м, Б. Соколов и А. и Н. Мерцаловы несколькими годами позже утверждали, что потери Красной Армии составили 14 – 14,7 млн. человек. Сегодня нам достоверно известно, что и то, и другое – неправда, унижающая русский воинский дух, нашу национальную способность к вооружённой борьбе против иноземных захватчиков и воинское мастерство наших дедов.
Но сначала – про Ржев. Да, Красная Армия в ходе почти двухлетнего сражения за Москву понесла значительные потери – 1 млн. 694 тысячи человек – это новейшие подсчёты генштаба ВСРФ. Но это упорное сражение разворачивалось на территории 13 областей центральной России, а не только у стен одного из сотен районных центров этих областей – Ржева. Под Ржевом погибло 72 тысячи человек.
Для одного райцентра – многовато, но это – в 90 раз меньше, чем горестно утверждает в фильме дама-историк на фоне книжных полок.
Первое наступление на Ржев (август 1942-го) подготовил и грамотно осуществлял лично Георгий Жуков, и оно развивалось успешно. И можно не сомневаться в том, что Жуков сумел бы довести начатую операцию до успешного завершения. Наступление было остановлено только потому, что в это время создалась критическая обстановка под Сталинградом, и все резервы, имевшиеся в распоряжении ВГК, были брошены туда (Ставка ВГК неверно оценила направление главного сосредоточения усилий Вермахта на летнюю кампанию 42-го, ожидая возобновления наступления на Москву, а не на Кавказ). Туда же был переведён и сам Жуков, но уже в новой должности.
После «провала» под Ржевом, 26-го августа, Георгий Константинович назначается заместителем Верховного Главнокомандующего и ответственным за подготовку и проведение контрнаступательной операции группой фронтов на Сталинградском направлении. И он её основательно подготовил.
Но 17-го ноября, всего за два дня до начала решительного контрнаступления под Сталинградом, Сталин вызывает Жукова в Москву и оттуда вновь отправляет его в район Ржева для подготовки нового наступления. Оно началось 8-го декабря, но успеха не имело. Жуков честно пишет в «Воспоминаниях и размышлениях»: «Противник разгадал наш замысел и сумел подтянуть значительные силы с других фронтов». Позже, после смерти Жукова, разведчик Павел Судоплатов поведает в своих мемуарах: «Георгий Константинович так и не узнал, что немцы были предупреждены о нашем наступлении, поэтому бросили туда (под Ржев) такое количество войск. Об этом врагу донёс наш разведчик Александр Демьянов, который был для немцев надёжным агентом по кличке Макс».
К этому времени Гитлер отлично знал – там, где появляется главный «кризис-менеджер» Красной Армии генерал Жуков, будут сосредоточены основные усилия наших войск, и германская разведка тщательно отслеживала его перемещения.
Поэтому Жуков не взял Ржев.
Но именно поэтому сталинградские «Канны» явились для высшего командования Вермахта полной неожиданностью и началом заката Третьего Рейха.
«Катастрофа» Красной Армии в операции «Марс», как её называют авторы фильма, завершилась тем, что на второй день после настоящей – сталинградской катастрофы Вермахта (3-го марта 1943 года), не дожидаясь повторения «сталинградского котла», немцы бежали из Ржева без боя.
И это бегство авторы документального кино превращают в апофеоз прославления фашистских захватчиков в финале фильма: «НЕ ПОБЁЖДЕННЫМ ПОКИНУЛ НЕМЕЦКИЙ СОЛДАТ РЖЕВСКОЕ ПОЛЕ СРАЖЕНИЯ»!
Какой пиетет перед оккупантами! И одновременно – какой сарказм в отношении к командарму 39-й армии И. Масленникову, который «… с палочкой спокойно дошёл до самолёта и улетел, бросив армию в окружении!»
Авторы фильма не сочли нужным сообщить зрителю, что командарм Масленников был к этому моменту, 17-му июля 1942 года, дважды ранен и что ему грозила гангрена. И вот слова лётчика, прилетавшего в тот день за раненым командармом: «Нет паники, неразберихи, держатся с достоинством. Идут бойцы с противотанковыми ружьями на плечах. Едва покосились на первый пробившийся к ним самолёт. «Братцы! Ко мне! Гостинцы привёз – табачок, газеты, бумагу. Письма черкните, я брошу». Подошли, черкнули, свернули в треугольнички: «Спасибо, браток!» И побежали. «Вы куда, братцы?». «Слышишь пальбу? Бой идёт. Нас ребята ждут!» И никакие заградотряды с автоматами не гнали их в бой...» Через несколько дней 39-я армия, голодная и измотанная, вышла из окружения по подготовленному «коридору».
Авторы фильма обошли молчанием тот факт, что за «крупнейшее поражение» в операции «Марс» Георгий Жуков был удостоен звания Маршал Советского Союза, а командиры первого и третьего мехкорпусов М. Катуков и М. Соломатин получили внеочередные звания генерал-лейтенантов танковых войск. Причина проста – операция «Марс» поражением не являлась. Она ввела в заблуждение германское командование и вынудила его сосредоточить основную группировку своих войск под Москвой – там, где не планировало наносить главный удар в кампании! «Марс» под Ржевом и «Уран» под Сталинградом – нельзя рассматривать иначе, как звенья одной цепи, слагаемые единого стратегического замысла, приведшего к первому решающему стратегическому успеху Красной Армии в Великой Отечественной войне.
Теперь – о потерях.
В 1941-м население СССР составляло 195,3 млн. человек, а в начале 1946-го людей старше пятилетнего возраста в стране имелось всего 157, 2 млн. человек.
Значит, не стало 38,1 млн. человек из населения 1941 года.
Но в эти трагические годы люди уходили из жизни и в силу естественной смертности, которая даже в благополучные 80-е составляла не менее 1 процента в год в год. В. Кожинов небезосновательно полагает, что естественная смертность в годы войны как минимум составляла 1,3 процента (на уровне естественной смертности в США в 20-е годы). Тогда за пять лет – это 6,5 процента или 12,7 млн. человек из 195,3 млн. населения 1941 года.
Кроме того, надо учитывать значительную эмиграцию людей в последний период войны из наших западных областей, из Прибалтики, а также представителей некоторых других народов, запятнавших себя перед Отечеством сотрудничеством с оккупантами. Эмигрировали: 2,5 млн. поляков, 1,75 млн. немцев, 0,25 млн. прибалтов и людей других национальностей. Всего – 5,5 млн. человек.
Следовательно, при установлении количества людей, действительно погубленных войной, нужно исключить 12,7 млн. человек, умерших своей смертью и 5,5 млн. эмигрантов. Тогда действительными жертвами войны следует считать 19,9 млн. человек.
Теперь – о потерях Красной Армии. В 80 – 90-х годах было произведено скрупулёзное исследование всей массы документов воинского учёта за 1941 – 1945 годы. Потери армии составили 8,6 млн. человек. Но из них нужно вычесть 2,5 млн. советских военнопленных, погибших в германском плену.
А из оставшегося количества – вычесть 103 тысячи человек, расстрелянных как дезертиры, паникёры и трусы (всего к смертной казни было приговорено 143 тысячи человек, но для 40 тысяч расстрел заменили штрафбатом или тюрьмой).
Тогда собственно боевые потери Красной Армии в боях составляют примерно 6 млн. человек. По новейшим сведениям начальника управления МО РФ по увековечению памяти погибших генерала В. Кирилина боевые потери Германии за 1941 – 1945 составили 5,2 млн. человек. Правда, в это число входят и погибшие на Западном фронте (число которых едва ли может быть значительным – там была совсем другая война). Но зато в это число не входят многочисленные союзники и добровольцы Вермахта, погибшие на Востоке, – не менее 1 млн. человек! Итальянцы, венгры, румыны, хорваты, поляки, бельгийцы, голландцы и прочие (одних французов-добровольцев – около 50 тысяч).
То есть – боевые потери наши и наших врагов соотносятся почти 1:1, а не 1:10, как пишут некоторые любители самопредательской статистики.
Да и как можно так низко ценить мужество, отвагу и неукротимость русского солдата, с ненавистью изгоняющего захватчиков с родной земли!
Это наш народ явил изумлённому миру штрафника Владимира Карпова, трижды ходившего в рукопашную и лично взявшего только живьём 79 вражеских солдат и офицеров; летчика-штрафника Ивана Федорова, сбившего с 1937-го по 1943-й более 80 самолетов Люфтваффе; безымянного пулеметчика пятой армии, отставшего при отступлении от своей роты и перебившего на глазах украинских хуторян 55 немецких солдат и, оставшись без патронов, погибшего на вражеских штыках. А сколько героических портретов, взятых с натуры, в нашей художественной литературе о войне!
Что же касается огромных жертв среди мирного населения нашей страны – более 11 млн. человек – то, не сея никакой ксенофобии, но и решительно отвергая неуместную политкорректность, мы должны помнить, – враг пришёл на нашу землю – не только захватывать, но и убивать. За один эшелон, отправленный партизанами под откос, эсэсовцы положили на рельсы в Белоруссии 400 мирных селян и пустили по ним паровоз. Из каждых пятерых советских военнопленных из германского плена домой вернулся только один. Из каждых пятерых германских военнопленных из советского плена вернулись четверо. 2,5 и 450 тысяч. Сытая Германия и – полуголодная Россия.
Обращаясь в завершение разговора вновь к пивоваровскому «Ржеву» и к некоторым другим фильмам последних лет о Великой Отечественной войне, невольно приходит на память горестное предчувствие писателя-фронтовика Евгения Носова, высказанное им незадолго до смерти: «Боюсь, что с уходом последних участников, правда о войне останется беззащитной». К сожалению, всё гораздо хуже – последние фронтовики, например Герой Советского Союза Владимир Карпов, – ещё с нами, а правда о Великой Отечественной уже беззащитна. С этим мириться нельзя. И нельзя ждать, пока кто-то большой и сильный защитит её своей властью из Москвы. Там, где живёшь, там и защищай. Сейчас. Теперь. Здесь. История самопредательства не прощает.

Юрий Алябьев, газета "Новокузнецк"

Beta! Нашли ошибку в тексте? Выделите ее и нажмите enter