RSS    Реклама на сайте

Реклама


Наши читатели



Новости Новокузнецка

Архив новостей
ААА

Новость от 27 Августа 2009

Миф о том, как Сталин и Гитлер поделили Европу

70 лет назад, 23 августа 1939 года, в Москве в присутствии Сталина был подписан договор о ненападении между Советским Союзом и Германией, вошедший в историю как «пакт Молотова-Риббентропа». Выдержавший девять изданий школьный учебник А. Данилова и Л. Косулиной «История России. ХХ век» для девятого класса называет договор «шокирующим», а секретные приложения к нему – не больше и не меньше, как «фиксирующими раздел Восточной Европы на сферы влияния между Москвой и Берлином».
Таким образом, рядом ставятся захватчик чужих территорий в лице нацистской Германии – с одной стороны – и защитник своих исторических земель в лице Советского Союза – с другой. И в этой, без преувеличения, самопредательской оценке пакта авторы учебника не одиноки.
Небезызвестный Д. Волкогонов ещё в 1991 году назвал пакт с Германией отступлением от ленинских норм внешней политики: Советская страна, по его мнению, опустилась до уровня империалистических держав.
Сторонников этой точки зрения, либеральной по форме и антигосударственной и антироссийской по своей сути, сегодня немало. Бытующее сейчас представление о том, что в сентябре 1939-го СССР совместно с Германией совершил очередной «раздел Польши», – неверно. На самом деле сентябрьский поход Красной Армии 1939 года был не агрессией СССР против Польши, а ликвидацией последствий польской агрессии 1920 – 1921 годов. Когда поляки, пользуясь слабостью нашей страны, захватили западные области Белоруссии и Украины. В сентябре 1939-го геополитическая граница Польши и Европы в целом с Россией, которая установилась ещё в Х веке киевским князем Владимиром, была в очередной раз восстановлена. Показательно, что германской стороной предлагалась иная граница – по рекам Сану и Висле, намного западнее. Этого не произошло по воле руководства СССР.
Современная западная историография и особенно публицистика буквально демонизируют пакт Молотова-Риббентропа, причём делают это намеренно.
Чтобы показать, что именно этот договор явился едва ли не единственным и решающим толчком к большой войне. И что Россия наряду с Германией сыграла главную роль в развязывании второй мировой войны. Само же решение Сталина о подписании пакта с Гитлером преподносится как воплощение уникального, беспрецедентного образца цинизма и низости – ведь он вступил в сговор с самим Гитлером, с этим исчадием ада. Тем самым отвлекается внимание от Мюнхена, от аншлюса Австрии, от «приобретения» Чехословакии, которые и сделали большую войну неизбежной. Между тем не надо забывать, что Сталин в сентябре 1939-го поступил ничуть не циничнее, чем годом раньше английский премьер Чемберлен.
12 сентября 1938 года Чемберлен обратился «вдруг» к Гитлеру с просьбой о личной встрече. Замысел переговоров с фюрером («план Зет») он изложил в письме одному из ближайших сподвижников: «…я сумею убедить Гитлера, что у него имеется неповторимая возможность достичь англо-немецкого понимания путём мирного решения чехословацкого вопроса… Германия и Англия являются столпами европейского мира… необходимо мирным путём преодолеть наши нынешние трудности… Наверное, можно будет найти решение, приемлемое для всех, кроме России».
70-летний премьер-министр великой империи, население которой составляло тогда четвёртую часть населения Земли, 15 сентября 1938-го вынужден был впервые в жизни сесть в самолёт, лететь несколько часов до Мюнхена, а потом ещё несколько часов ехать на машине – до гитлеровского поместья высоко в горах Баварии, где его соизволил принять фюрер. Часто публикуют снимок, на котором Сталин пожимает руку Риббентропу при подписании пакта. Жаль, что менее известно другое фото – где Гитлер, стоя на лестнице своего горного дворца двумя ступеньками выше Чемберлена, взирает сверху вниз на еле держащегося на ногах после утомительного путешествия правителя Британской империи. Кстати, Чемберлену пришлось явиться на поклон к Гитлеру снова – 22 сентября в Бонн и – вместе с французским премьером Даладье – в Мюнхен 29 сентября, для осуществления «плана Зет», «приемлемого для всех, кроме России». И Чемберлен, и Даладье явно умоляли Гитлера двигаться на восток.
Так что готовность Сталина за отсрочку в войне против своей страны закрыть глаза на устремление Гитлера в отношении Польши, которая к тому же накануне предлагала фюреру свои услуги для завоевания Украины, и воспользоваться случаем для восстановления территории Российской империи, утраченной из-за революции и гражданской войны, ничем не отличалась по прагматизму или, если угодно, – по цинизму, от действий Чемберлена и Даладье.
Тем более что решение о дате нападения на Польшу – 1 сентября 1939 года – было принято Берлином ещё весной 1939-го. Советское руководство было осведомлено об этом. Так что тезис о том, что именно пакт Молотова-Риббентропа привёл к нападению на Польшу, критики не выдерживает.
С другой стороны – именно мюнхенское соглашение по своей сути свелось к обузданию не агрессора, а его будущих жертв, именно оно перечеркнуло всю систему французских союзов в Восточной Европе, советско-французско-чехословацкие договоры и франко-польский союз. Лига наций фактически испустила дух. Но главным итогом стало то, что СССР был загнан в угол и лишён инициативы. Именно это и было главной целью британской политики в отношении СССР.
Остановить Гитлера могло только очень сильное по взаимным обязательствам всеобщее международное соглашение с гарантиями всем странам, окружавшим Германию по периметру её границ. В таком договоре Москве было отказано.
Но советскому руководству было известно не только о подготовке фюрера к походу на Восток, но и о планах его агрессии на Запад. Интрига состояла в том, на кого Гитлер пойдёт сначала. И с этой позиции пакт Молотова-Риббентропа является одновременно и крупнейшим провалом английской стратегии и дипломатии за весь ХХ век, и величайшим достижением дипломатии и политики СССР. Замысел англичан состоял в том, чтобы Гитлер вслед за нападением на Польшу отправился бы на СССР, ввязавшись в кровопролитную войну, которая привела бы к ослаблению и обескровливанию обеих континентальных соперниц Британии. Важным свершением сталинского руководства явилось то, что фюрер хотя бы временно, но поменял местами свои приоритеты. 11 августа 1939-го Гитлер заявил: «Всё, что я предпринимаю, направлено против России. Если Запад слишком глуп и слеп, чтобы уразуметь это, я вынужден буду пойти на договорённость с Россией, разбить Запад, а потом, после его поражения, повернуться против Советского Союза со всеми накопленными силами». Сегодня трудно сказать, кому именно – Сталину или Гитлеру – пакт о ненападении внушал большее отвращение. Оба прекрасно понимали, что это – временная мера, антагонизм между обеими империями был смертельным. Но нам, современным гражданам России, необходимо помнить, что пакт дал время именно СССР. К концу сентября 1939 года численность гитлеровского Вермахта составляла 4,6 млн. человек, а РККА – чуть более 1,5 млн. человек. Германия имела многомиллионные обученные мобрезервы, а в СССР только с 1939-го начал действовать закон о всеобщей воинской обязанности. С 1939 по 1941 годы количество бойцов РККА возросло в 3,5 раза – до 5,3 млн.
человек, с 1938-го по тот же 1941-й производство военной продукции в СССР увеличилось в четыре раза. Скажите, уважаемый читатель, какой другой народ в новейшей истории, какая другая страна показали такую, на грани подвига, способность к самомобилизации в такие фантастически сжатые сроки?!
Таким образом, договор 1939-го года поменял «расписание» войны, а следом – и послевоенную конфигурацию, сделав невозможным для англосаксов вхождение в Восточную Европу как в начале войны, поскольку нужно было оборонять Западную Европу, так и после победы.
17 сентября 1939 года, после того, как польское правительство сбежало в Лондон, а польские жолнежи прекратили сопротивление вермахту, части и соединения Красной Армии вступили на территорию Западной Украины и Белоруссии для того, чтобы взять под защиту своих братьев, оказавшихся в опасности в результате распада польского государства. Наступление Красной Армии практически не встречало сопротивления, более 230 тыс. поляков (в том числе 15 тыс. офицеров) сдались в плен.
Соглашение с Германией позволило Советскому Союзу присоединить территорию в 200 тыс. кв. км с населением в 12 млн. человек.
Если бы Советский Союз отклонил предложение о заключении пакта, Гитлер забрал бы всю Польшу, и тогда, без сомнения, нас сегодня хаяли бы за то, что мы в тот момент не помогли «несчастным полякам». Германия буквально навязала нам возврат наших бывших земель не из великодушия или благородства – просто фюрер обеспечивал тем самым себе спокойный тыл на время захвата Западной Европы. Кстати – на время польской войны Гитлер буквально оголил свои западные границы – он не без основания полагал, что на западе у него спокойный тыл, и не ошибся. Действительно, объявив Германии войну 3 сентября 1939 года, ни Англия, ни Франция не сделали ничего, чтобы помочь «несчастным полякам».
Сталин просчитался только в одном – рассчитывая укрепить страну и армию к моменту нападения Германии, он одновременно надеялся, что Вермахт ослабнет от войны на Западе. К сожалению, старушка Западная Европа практически сразу капитулировала и предоставила все свои ресурсы в распоряжение завоевателя. Однако политическое поведение наших будущих союзников Англии и Франции в отношении к нашей стране заключалось не только во всяческом подталкивании Гитлера на восток. Они и сами разрабатывали совместные планы ударов по СССР.
Министр снабжения Великобритании 31 октября 1939 предлагал: «Если уничтожить русские нефтепромыслы, нефти лишится не только Россия, но и любой её союзник»… Министр финансов Франции 10 октября 1939 года: «…подвергнуть бомбардировке из Сирии нефтеразработки и нефтеперерабатывающие заводы на Кавказе». Декабрь 1939-го, Анкара – обсуждение военными представителями Англии, Франции и Турции вопросов об использовании турецких аэродромов для бомбардировки Советского Кавказа и подготовки восстания в приграничных советских районах. Весна 40-го, англо-французская военная комиссия в Алеппо, Сирия констатирует близость завершения строительства 20 (!) аэродромов для ударов по Кавказу. Подсчитали: Баку разрушить за 15 дней, Грозный – за 12, Батум – за два дня. Необходимое количество: 90 – 100 бомбардировщиков.
Даже 10 мая 1940 года – в день начала наступления Гитлера на Францию – Черчилль получил звонок из Парижа с докладом о готовности французской авиации бомбить Баку с 15 мая!!! Что же – спасибо «товарищу» Гитлеру, который сделал неактуальной для французов тему бомбардировки Советского Кавказа в связи со скорой сдачей Парижа.
Пакт Молотова-Риббентропа – максимальный результат, которого могли достичь советская внешняя политика и дипломатия в 1939 году. Сегодня у власти во многих странах – политические наследники проигравших тогда в большой политической игре против нашей страны. Слишком много тех, кто хотел бы пересмотреть свое участие и роль во второй мировой войне. За каждой такой попыткой – голый интерес в виде предъявления счёта за «вред, нанесённый оккупацией». Прецеденты уже имеют место быть…

Юрий АЛЯБЬЕВ, газета "Новокузнецк"

Beta! Нашли ошибку в тексте? Выделите ее и нажмите enter