RSS    Реклама на сайте

Наши читатели



ААА

Статья из газеты Новокузнецк от 22.02.2012

Полковник старой закалки

Уже успело вырасти целое поколение, которое не знает, как расшифровывается аббревиатура ОБХСС. А ведь в советские времена при одном упоминании об отделе по борьбе с хищениями социалистической собственности и спекуляцией переставали улыбаться не только многие работники торговли, но и те, чья деятельность была связана с деньгами. О сотрудниках этого отдела почти не снимали захватывающих фильмов, но ответственность на их плечах лежала колоссальная.

Знакомьтесь – Николай Иванович Петрашин. Полковник милиции в отставке, в течение двух десятилетий руководивший ОБХСС Новокузнецка. Он к тому же ещё и ровесник службе, созданной почти 75 лет назад. В совпадения, конечно, можно не верить, но своей судьбы без милиции полковник Петрашин не видит. Даже сейчас, на пенсии, он чётко представляет, чем живут продолжатели его дела.

Сегодня, спустя годы, каждый свой шаг Николай Иванович уже может представить как ступеньку лестницы под названием жизнь. В молодости же и подумать не мог, что станет работать в милиции, а уж тем более, что задержится в органах внутренних дел надолго.

Из сортопрокатного цеха КМК, где он начинал свой послужной список, его призвали в ряды Вооружённых сил. Говорит, мог дослужить в авиации, да остаться на Дальнем Востоке, если бы не армейские сокращения 1956 года. Согласно правилам сразу по возвращении в город отправился в военкомат, доложить о прибытии и узнать о своей дальнейшей судьбе. Затем, улыбается Николай Иванович, «заманили хитростью». Военком, подполковник Головкин, похмурился: мол, солдатик, что в армии не дослужил до положенного, неплохо бы и в милиции отработать. Отказываться и спорить со старшим по званию Петрашин не стал, тем более что представитель отдела кадров в тот день тоже оказался в военном комиссариате. Оформили на работу быстро. В тот же самый отдел кадров – у новобранца было завидное для послевоенных времён преимущество – умел писать.

Незаметно пролетели три года. Общаться с людьми Петрашину нравилось, но хотелось чего-то ещё:

– Присмотрелся и подал рапорт на перевод в службу участковых. Потом в уголовный розыск. Показывал стабильные результаты, был на хорошем счету, работа нравилась, но оклад не устраивал, – вспоминает Николай Иванович. – Тогда я задумался о смене профессии и тайно поступил в строительно-монтажный техникум. И в учебном заведении не знали, кем я служу, и на работе об учёбе молчал. Подгадывал, чтобы время отпуска совпадало с сессией. Уходил якобы на отдых, сдавал и возвращался. Рисковал страшно, ведь за такую самодеятельность начальство могло и выгнать. Открыться пришлось перед самым дипломированием, поскольку срока отпуска не хватало на сдачу госэкзаменов и защиту. Написал рапорт, где просил предоставить дополнительный отпуск и пошёл на ковёр к руководству – пан или пропал. Тогдашний замначальника УВД Сергей Николаевич Орлов возмутился: «Кто тебе разрешил на гражданке учиться?» Пришлось пойти ва-банк и признаться, что уже и место себе на цементном заводе подыскал. Тогда он выдал мне лист бумаги и предложил написать рапорт с просьбой о переводе на новую должность, в ОБХСС...

Новая, незнакомая работа встретила совершенно другой деятельностью, заставила трудиться над собой. Чтобы соответствовать занимаемой должности, Николай Иванович позднее поступил в Томский государственный университет на юридический факультет, окончил его.

– Нам было тяжело, но интересно, – признаётся он. – Были чёткие инструкции и статьи, по которым определялся состав преступления. Боролись с хищениями государственной собственности, взяточничеством, спекуляцией. И люди нас воспринимали иначе, чувствовали властные полномочия. Знали, что по одному нашему звонку их могут снять с должности. Если ты видишь, что кто-то совершил преступление в особо крупном размере, на десятки тысяч, то идёшь и докладываешь вышестоящему руководству и секретарю горкома партии. И знаешь, что человеку может грозить статья, большой срок, а то и вовсе расстрел, но иначе нельзя, долг. В этом плане вроде бы всё чётко и ясно, легче, чем нынешним сотрудникам отдела по борьбе с экономическими преступлениями, которые теперь не могут привлекать к ответственности за некоторые вещи. В тогдашнем законодательстве было куда меньше разночтений и двусмысленности.

Специфика работы отражалась и на семье. Жена Николая Ивановича всегда оказывалась в тени, уступая мужу:

– От нас требовались дисциплина и выдержка, ведь мы все – на виду. У меня была возможность или устроить супругу в милицию, или поспособствовать тому, чтобы она заняла руководящую должность в торговле. Какое там! Если идёт в ресторан обычный гражданин, на него не обратят внимания. Если в ресторане оказался сотрудник ОБХСС – жди беды. Даже если ты привёл жену на свои, кровно заработанные, это неизбежно приведёт к разговорам, а то и служебным проверкам.

Службы безопасности не раз проверяли Николая Петрашина, но всегда резюмировали – «чист». Слыханное ли дело, менялись начальники УВД, а полковник Петрашин в течение 20 лет (с 1975 по 1995 годы) возглавлял свой отдел. Злые языки говорили, что «забронзовел», укрепился на своём месте, сколотил команду. Сам Николай Иванович объясняет это иначе – случайных людей к себе в отдел не брал и всегда держал железную дисциплину. Не менее двух лет присматривался к новому человеку, с некоторыми без сожаления расставался. Двоих сотрудников уволил за то, что позволили себе неслыханную по тем временам роскошь: обзавелись автомобилями. Сам всегда пешком приходил к восьми утра (за час до начала рабочего дня), чтобы принять рапорт подчинённых, и уходил не раньше восьми вечера. Всегда был в курсе дел каждого своего сотрудника и мог обстоятельно доложить вышестоящему начальству.

Приходилось строить общение и с руководством города. Уживался со всеми секретарями горкома, в том числе с Николаем Ермаковым, уж на что у него характер – кремень!

Порядки в подразделении Петрашина нравились не всем. Признаётся, когда провожали на пенсию, думал, что многие вздохнут с облегчением. И был приятно удивлён, что не забывают. Бывшие коллеги не раз просили помочь, выступить с лекциями. Вспомнили и сами предложили отметить юбилей. Начальство отблагодарило, что сумел наладить работу, и отдел после его ухода не развалился. А коллеги до сих пор вспоминают добрым словом полковника старой, советской, закалки.

Фото автора

Beta! Нашли ошибку в тексте? Выделите ее и нажмите enter