RSS    Реклама на сайте

Наши читатели



ААА

Статья из газеты Новокузнецк от 07.03.2012

Реформа ЖКХ в городе N

Жилищно-коммунальную реформу не ругает только ленивый: за то, что деньги жильцы платят большие, что сделанного – мало, а кругом воровство и обман. Но никто из тех, кто ругает, не удосужился хоть как-то проанализировать все обстоятельства. Ведь в реформе ЖКХ не только недостатки, но и немало положительных моментов.

А помнишь, как все начиналось?

В конце 1980-х стали приватизироваться предприятия, и вся социалка, в том числе и ведомственное жилье, была передана в органы самоуправления. Строительство нового жилья не велось, очень многие жили в стеснённых условиях, а у кого-то была лишняя жилплощадь. Благодаря вышедшему в 1991-м году закону о приватизации, положившему начало жилищно-коммунальной реформе, пошли на убыль подпольные сделки по обмену квартир, жилплощадь стало можно официально продать и купить.

По закону до начала приватизации жилья органы самоуправления должны были привести его в соответствие нормам. Но у нас люди законов не читают, к тому же квартплата была не очень большой (полагали, что так будет и дальше), и все кинулись на Спартака, 24 – приватизировать то, что есть. Органам местного самоуправления надо было разъяснять новоиспечённым собственникам: приватизировав жильё, вы будете его содержать, им управлять, и это будет ваша обязанность. Но тогда это мало кто понимал.

А ведь в советские времена была-таки частная собственность – жилищно-строительные кооперативы, где люди очень бережно относились к имуществу. В подъездах было побелено-покрашено, мыли по очереди, чистота и порядок. Рядом такой же дом, только исполкомовский – в нём ничего подобного. Итак, приватизировав жильё, то есть получив собственность на халяву, люди сохранили наплевательское к ней отношение.

Где СТОС у нас?

В 2001 году вышел 131-й закон о самоуправлении, где уже было официальное разъяснение о советах территориального общественного самоуправления – СТОСах.

Их основная задача – работать с жителями, что касается всех жилищных, коммунальных дел, досуга детей, организации территории и остальных благ, которые должны быть в каждом квартале. СТОСы работают по уставам и должны жить за счёт создания фондов, образования попечительских советов.У нас получилось, как всегда, наоборот. СТОСы мы не выбирали, как надлежало, а создали формально. Они и занимаются поэтому не тем, чем должны, а, например, выборами, и являются проадминистративным органом. И деньги им платит администрация, что является вообще-то незаконным. В ряде городов СТОСы работают по-настоящему. И органы местного самоуправления – тоже. Есть клубы, куда привлекают общественность. Бесплатно ведут работу с детьми шахматисты, теннисисты, умеющие шить женщины. Есть люди, которые понимают, что надо этим заниматься, а администрация этому способствует.

У нас не создали условий для работы СТОСов, не обучали людей, не обращались к жителям. У горисполкома были тогда другие проблемы: свалилось огромное количество ведомственного жилья, запущенного, без ремонтов, и надо было как-то выживать. Как все-таки исполнить ФЗ-131? Власть должна проявить власть. Создать СТОСам условия для работы, а потом сказать: у вас есть устав, мы вас научили, будет тяжело – обращайтесь.

Нет воды – пишу президенту!

У нас любят писать губернатору, даже на сайт президента вылетают жалобы. Например, в одном подъезде в Ильинке не было горячей воды. Жалобщица не позвонила ни диспетчеру, ни в УК, она даже не знает, кто управляет домом. Она просто сидела за компьютером: дай сброшу жалобу, проверю, как это работает. Стояк отключали на три часа, а из-за жалобы все встали на уши, в областном департаменте даже комиссию создали.

У нас правительство и органы местного самоуправления, вместо того чтобы заниматься работами, связанными с организацией общественности, обучением, предоставлением помещений, занимаются мелкими вопросами, который носят частный характер. И летят президенту жалобы, потому что – доступность. Люди, как в совдепии при горисполкомовском жилье, до сих пор думают, что стояком будет заниматься губернатор. А власти это, наверное, выгодно. Потому что ЖКХ – сфера общественная, она на виду у всех и отвлекает от других глобальных проблемам: наркомании, пьянства, коррупции, воровства, связи преступного мира с органами местного самоуправления и так далее. Народ в ЖКХ варится в своём соку, и интерес к проблемам таким поддерживается искусственно.

В Казахстане Жилищный кодекс схож с нашим. Было много жалоб бытового характера наверх. И там президент сказал: всё, надоело. И принимаются только жалобы, носящие аварийный характер, где без помощи властей не справиться, где нужны экстренные меры. Через полгода общественность поняла, что власть мелочами заниматься не будет, и начала самоорганизовываться: заработали СТОСы, общественность поднялась на нарушителей, и всё встало на свои места.

О Жилищном кодексе

Когда в 2005 году вышел Жилищный кодекс, все бросились на его реализацию, и опять получился перекос. Все кинулись «управляться». Был тогда ажиотаж с управляющими компаниями, их повыбирали в назначенные сроки, а потом замерли: что дальше-то делать?

Кстати, вопреки распространённому мнению о том, что НУК тогда «хапал» дома, я напомню, что НУК взял дома в дирекции по муниципальному заказу, а выборность была для всех одинаковая. После образования НУК в апреле 2005 года к июню в городе было четыре управляющих компании: в Ильинке, Байдаевке. А к концу года – уже около двадцати. Поэтому нельзя сказать, что была монополия НУК.

А вот сейчас более 100 УК, 170 ТСЖ, идёт настоящий передел рынка. Пришли новые люди в администрацию, они стали проталкивать своих людей. Снова страдает население. Но это тема для отдельного разговора.

Тарифы

Многие возмущаются тарифной политикой. По замыслу реформы должно быть так: на СТОСе собираются старшие домов, инициативные группы, советуются, какие предлагать тарифы, обговаривают с управляющими компаниями, что и сколько стоит, ведь это дело общественных организаций. Но такого нет, и эту функцию взяли на себя органы местного самоуправления. А они всегда политизированы. Начались выборы – одни, другие, третьи. Кто какие тарифы будет повышать? Никогда! При этом все понимают, что денег на ремонт не хватает и повышать тариф надо. Но… общественность ещё не может, а орган местного самоуправления – не хочет. И правительство стало издавать дополнительные законодательные акты, изменения, постановления. Вышел 185-й закон об оказании помощи по ремонту. Так государство возместило тот долг, который не выполнило в 1991-м году.

Неправда, что УК денег берут много, но ничего не делают. Так говорят люди, которые не хотят вникать в эти дела. Когда почти каждый месяц растут цены на бензин, продукты, все молчат. А ведь любое подорожание горючего, строительного материала так или иначе сказывается на стоимости услуг.

Солярка в прошлом году стоила 17 рублей, сейчас – 27. Как не должна повыситься стоимость вывоза мусора, если КамАЗы работают на солярке? Как на рубль ты можешь возить мусор, когда цена топлива возросла на семь? Люди, может, это и понимают, но им выгодней орать. Они знают, что губернатор скажет: платить рубль, и все подчинятся. А дотации при этом никто не даст. И выживают же люди! А в незапамятные времена начальник спецавтохозяйства каждую неделю ходил за деньгами в горисполком – и получал их. Сейчас в бюджете нет средств, да и муниципалитет не имеет права давать дотации. Поэтому находятся обходные пути.

Люди должны понимать, что тарифы регулируются только на коммунальные услуги, а их в структуре квартплаты – 70 процентов. Тариф за электричество или тепло должна утверждать региональная власть, потому что не может жилец оценить электростанцию. При этом, естественно, должен реализоваться закон об энергосбережении, а у нас счётчики воды стоят только у половины населения. Растут-то не жилищные услуги, а коммунальные. Вот на чём экономить надо – а не на уборке и содержании жилья!

СРО

ФЗ-131 упорядочил работу общественных организаций, старших домов и инициативной группы. А закон о создании СРО – саморегулируемых организаций – должен упорядочить работу УК. Так продолжается реформа. Жильё – это собственность жителей, они выбрали УК, которые на профессиональной основе объединяются в СРО.

Управляющие компании должны разработать и утвердить стандарты качества и обслуживания и работать по этим стандартам, чтобы они – качество и обслуживание – были не ниже, чем у самой лучшей компании, которая есть на данной территории. Хуже работать нельзя! Лучше – можно.

И орган местного самоуправления должен способствовать развитию СРО. Но у нас опять же этого нет. Потому что как только создаётся СРО, роль органа местного самоуправления в плане управления жильём практически исчезает – остаётся только работа в связи с аварийностью или контролем, и то через ГЖИ. А им хочется рулить.

Власть не имеет права заниматься и недобросовестными УК – это функция СРО.

Жилищный кодекс рекомендует воздействовать через ГЖИ: пишется жалоба, создаётся комиссия, идёт проверка, потом инициативной группе предлагается, чтобы они избрали способ управления или УК. Я считаю, что и это связано с выборами – надо было погасить пожар. На самом деле есть стандарт, и обсчитывается стоимость всех видов услуг: уборка территории и помывка подъездов – одинакова в разных подъездах, отличается только площадью, объёмами. Все работы скалькулированы. Качество исполнения – это и есть тот самый стандарт. Весь мир так работает, да и вообще, правила технической эксплуатации пока никто не отменял.

Одни жильцы заказали мытьё подъездов один раз в месяц, другие – в два раза больше. Но и качество сравнивать тогда нужно объективно, по вложенным средствам. А если где-то много сорят, то вернёмся к СТОСам. Как раз они должны говорить: «Уважаемые собственники, в вашем доме творятся безобразия», – и с этим работать.

Чем же хороша реформа?

Есть положительное в реформе: никогда ЖЭКи так хорошо не работали, как работают сейчас УК и ТСЖ. ЖЭКами когда-то буквально рулили председатели исполкомов, особенно когда случались аварии. Дома, кварталы размораживали! А сейчас главные инженеры, мастера компаний, только услышав, что понизили параметры, – уже все на домах, потому что знают, что потом столько работы предстоит, что глаза на лоб полезут. И власти вмешиваться не надо.

Другое дело, что жилфонд стареет, и в него долгое время не вкладывали деньги. Поэтому сейчас государство отдаёт долги, реализуя программы капитальных ремонтов.

Вылезли наружу проблемы, которые накапливались десятилетиями. Люди, почувствовав свободу, открытые сайты, стали критиковать всё и вся, и стало казаться, что все плохо. На самом деле плохо было всегда. Но если говорить об организации работы УК и ТСЖ, то на порядок лучше стали работать! Если бы, учитывая старение жилья, отсутствие капремонтов, домами по-прежнему управляли ЖЭКи, было бы намного хуже.

Наша общественность всё равно работает, старшие домов – требуют, согласуют планы, учатся. На Новый год во дворах фигурки делают, летом – газоны. Людям стало приятно жить в более комфортных условиях, интересно делать что-то своими руками, а когда своими руками – тогда берегут.

Мы забыли, какими частыми были аварии, когда у «Водоканала» был один экскаватор на весь город, как без воды сидели целые кварталы, как давали её по графику давали. А сейчас нет в городе дома, где больше семи–восьми часов не было бы воды. Так же и по теплу. Разве это плохо? Сказать, что реформа ничего не дала, – ерунда. Вся работа не зряшная.

Другое дело, что реформа идёт очень долго и не очень последовательно. Но концепция реформы ЖКХ – а её утверждал ещё Ельцин – по своей сути не поменялась.

Не может быть возврата к ЖЭКовской системе управления. Будут УК и ТСЖ, но все участники процесса должны договориться о взаимодействии. Потому что как только равновесие нарушается, начинается качание. Здесь плохую роль играет местное самоуправление, действуя непоследовательно. Создание комитетов, какой-то дирекции не приносит никакой пользы. Лучше бы все эти усилия были направлены на советы территорий и на создание СРО.

Сергей Савельев

Beta! Нашли ошибку в тексте? Выделите ее и нажмите enter