RSS    Реклама на сайте

Наши читатели



ААА

Статья из газеты Новокузнецк от 19.03.2012

Главный вопрос – кадры!

Наши читатели, обратившиеся в общественную приёмную, попросили рассказать о работе Новокузнецкой службы «Скорой помощи».

Отвечает Рамиль Гайнулин, главный врач МБЛПУ «Станция скорой медицинской помощи».

– Рамиль Масгутович, чем объясняется длительное ожидание бригад «Скорой помощи»?

– Сегодня самая главная проблема актуальна не только для станции «Скорой помощи», но и для поликлиник, и для стационаров – это проблема кадровая. То, что имеется серьёзный дефицит специалистов в поликлиниках, озвучивалось неоднократно. По официальным данным, средний возраст терапевтов – 54 года. У нас тоже не хватает людей – врачей и фельдшеров. Нас сейчас, образно выражаясь, накрыла волна вызовов по «неотложке» – температура, умеренное повышение артериального давления, боли в пояснице и так далее. Эти пациенты должны лечиться в поликлиниках. И пока не будет решена главная задача, пока поликлиники не будут укомплектованы хотя бы на 70–80 процентов узкими специалистами и участковыми врачами, проблема не решится. Мы все – заложники этой ситуации.

– Но на «Скорую» традиционно шли подрабатывать врачи разных специальностей?..

– Мы не можем брать людей со стороны, как это было 20 лет назад. К примеру, по рентгенологии первичная специализация длилась пять месяцев (в Новокузнецке свой институт усовершенствования врачей), на такой довольно продолжительный срок можно было устроиться на работу в «Скорую» – наличие диплома врача позволяло. Сейчас это невозможно. Для того чтобы работать в службе СМП, нужно иметь сертификат. Даже если это специалист достаточно высокого уровня, допустим, врач анестезиолог-реаниматолог, он работает в стационаре и владеет всеми методами оказания экстренной медицинской помощи, взять его на работу я не могу, потому что у него нет необходимого сертификата. А для того чтобы получить его, врачу нужно ещё раз пройти интернатуру, ещё год учиться. Зачем ему это? Чтобы раз в пять лет иметь возможность подрабатывать? Вот и выходит, что приём совместителей не является вариантом решения кадрового вопроса.

– А какие возможны решения?

– Они озвучены, изложены на бумаге и поданы в соответствующие инстанции. Но пока, на данном этапе, решить проблему кадрового дефицита в первичном звене не представляется возможным. Молодые специалисты сегодня не рвутся в службу СМП, несмотря на то, что продолжает работать приоритетный национальный проект «Здоровье», принятый в 2006 году. В своё время надбавки специалистам приостановили развитие кадрового коллапса, но целиком проблему не решили. Притока молодых кадров так и не произошло.

– Сколько сейчас в коллективе людей?

– Физических лиц, врачей, – 75, включая меня. Сюда же входят заведующие подстанций. Плюс – восемь врачей оперативного отдела. Основной кадровый потенциал сосредоточен на специализированной подстанции. Хорошо, если мы каждый день выставляем 41 бригаду. Но в отдельные дни на линии работают 37–38 бригад. В связи с тем, что поликлиническая помощь сегодня в плане доступности стала несколько иной, чем, к примеру, в эпоху застоя, пациент с банальной респираторной инфекцией, по разным причинам, не может сразу попасть на приём к терапевту и звонит в «Скорую»… Но мы не можем бесконечно играть роль «костыля» для амбулаторно-поликлинической помощи! Есть такой показатель, как обращаемость. Согласно определённому Минздравсоцразвитием среднестатистическому показателю, количество вызовов у нас должно составлять 490 в сутки. А мы, в среднем, имеем 700–800! И потому просто физически не в состоянии обеспечить направление бригад в короткие временные интервалы. Нередко случается, что новой смене, заступающей на дежурство, достаётся в наследство несколько десятков зависших вызовов… Идеальный вариант работы службы «Скорой помощи» – когда бригады работают в режиме ожидания. То есть они находятся на подстанциях, поступает вызов, бригада отправляется. А у нас сейчас получается наоборот: вызов принят, но свободных бригад нет! В идеале у нас должно быть 60 бригад. Так, в 1980-х годах, в среднем, в год выполнялось 140 тысяч вызовов. Я прекрасно помню это время: мы вызова ждали, как праздника. Сейчас в год выполняем 200 тысяч вызовов!

– Существуют ли приоритеты в обслуживании вызовов?

– Хотя не все с этим согласны, но приоритеты существуют. В структуре обращений есть разные поводы и разные ситуации. Производственные травмы, ДТП, судороги у ребёнка, боль в груди – на такие поводы бригады «Скорой помощи» отправляются незамедлительно, и это понятно любому здравомыслящему человеку. У нас даже действует такой алгоритм: если свободных бригад в этот момент нет, отзови любую бригаду. Так должно быть, это логично, это правильно. Так работает вся служба «Скорой помощи» России.

– А с техникой и оборудованием как обстоят дела?

– В плане технического обеспечения ситуация вполне терпимая. В прошлом году в рамках программы модернизации здравоохранения за счёт местного бюджета мы приобрели пять автомобилей и обновили компьютерный парк в оперативном отделе. В нынешнем году уже подали заявку в отдел по размещению муниципального заказа. На средства городского бюджета планируем приобрести ещё новые автомобили.

Сдвинулась с мёртвой точки ситуация с ремонтом. В прошлом году отремонтировали помещение Куйбышевской подстанции. Настаиваю: главная проблема – кадры.

Подготовила Лариса Сергеева

Фото Марии Коряга

Beta! Нашли ошибку в тексте? Выделите ее и нажмите enter