RSS    Реклама на сайте

Наши читатели



ААА

Статья из газеты Новокузнецк от 09.08.2012

Ночной дозор

Литерный поезд привёз в понедельник Дмитрия Медведева в Кузбасс. Накануне премьер-министр совершил железнодорожное турне по Сибирскому федеральному округу.

Несмотря на всю серьёзность, визит Медведева в наш регион не обошёлся без курьёзов.

На перегоне Томск – Ленинск-Кузнецкий во время стоянки поезда на станции Топки премьер пообщался с пассажирами. У билетной кассы поговорил с двумя девушками, от которых узнал, что они собираются к друзьям во Владивосток. На привокзальной площади, где стоит памятник паровозу, премьер сделал пару снимков своим фотоаппаратом.

Затем Медведев зашёл в продуктовый магазин, где купил три бутылки местного кваса по 0,5 литра, хлеб и жевательную резинку. Продавец, смущённая неожиданным покупателем, посчитала стоимость покупки на деревянных счётах – 148 рублей 50 копеек.

Благодушное настроение высокого гостя было преамбулой к великим делам.

Медведев встретился с работниками шахты «Комсомолец». Во время общения горняки затронули вопрос о медицинском освидетельствовании, которое, по их мнению, является очень жёстким. В частности, по их словам, отсутствие зубов может повлиять на запрет работы. «Это косметические вещи. Я первый раз слышу об этом, разберусь, поставлю вопрос об избыточных требованиях», – прокомментировал премьер.

Председатель Правительства РФ посетил также угольную шахту «Листвяжная».

На глубине 150 метров глава правительства ответил на несколько вопросов шахтёров. Рабочие обратились к премьеру с просьбой вновь ввести восьмичасовую рабочую смену, потому что её сокращение до шести часов в 1970-х годах было связано с более тяжёлыми условиями труда.

По словам премьера, «это точно можно решать на уровне Министерства труда и коллективных договоров». «Я просьбу услышал, мы обязательно этот вопрос поставим перед Минздравом», – пообещал он.

Разговор на чистоту состоялся ближе к ночи – в 22.00. За большим столом собрались министры, угольные генералы, первые лица области, представители РЖД. Со всех участников до начала совещания сняли галстуки – дабы быть в одном стиле с премьером. До полуночи решалось, в каком направлении двигаться угольной промышленности аж до 2030 года.

Уровень добычи угля значительно возрос за последние 14 лет.

– С 232 миллионов тонн в 1998 году до 336 миллионов тонн в 2011 году, – с гордостью отрапортовал Медведев. – И это не предел, к 2030 году есть возможность увеличить этот показатель минимум в пять раз. В 2011 году в отрасль было инвестировано около 90 миллиардов рублей. Правительство утвердило программу развития угольной промышленности России до 2030 года.

За ублажающей слух статистикой прячутся насущные проблемы. Среди ключевых – изношенность оборудования. Но главное – железнодорожная структура не способна в полном объёме обеспечить потребности угольной отрасли. На повестке дня остаётся и негативное воздействие предприятий на окружающую среду.

– Помимо наращивания общих объёмов угольным компаниям надо стремиться к глубокой переработке, следует не только эффективно использовать старые месторождения, но и создавать новые, включая наши возможности в Восточной Сибири и на Дальнем Востоке. Это позволит решить большое количество экономических и социальных проблем. Совершенствование логистики – стратегическая задача, – резюмировал Медведев.

В структуре затрат очень высока транспортная составляющая. На энергетический уголь до 50 процентов, на коксующийся – более 30 процентов. В металлургии, нефтяной промышленности эти расходы составляют ниже 10–20 процентов. В целом рост тарифов оказывает влияние на структуру, спрос, сложности производства и реализации продукции.

На сегодняшний день зафиксирован большой объём неперспективных угольных предприятий (54 процента мощностей шахт и 27 процентов мощностей разрезов). Это говорит о том, что требуются серьёзные капитальные вложения в отрасль.

По словам министра энергетики Александра Новака, внутреннее потребление растёт медленнее, чем экспортная реализация. В 2011 году экспорт в западном направлении (Атлантический рынок) составил 79 миллионов тонн, в восточном направлении (Азиатско-Тихоокеанский регион) – 32 миллиона тонн. К 2030 году ожидается незначительное увеличение по Атлантическому рынку, всего 6 миллионов тонн, при этом основным нашим экспортёром будет являться Азиатско-Тихоокеанский рынок.

– Мы обсуждали с экспертами спрос рынка к 2030 и 2050 годам, – прокомментировал Новак. – Могу сказать, что мировое потребление угля в общем энергобалансе – 27 процентов, и оно сохранится. Основной спрос со стороны Китая, Японии, Южной Кореи, Тайвани, Вьетнама.

Наконец на совещании добрались и до трудовых отношений. Состоялся поединок между собственником – Владимиром Рашевским (генеральный директор ОАО «Сибирская угольная энергетическая компания») и Иваном Мохначуком – председателем Российского независимого профсоюза угольной промышленности. А в это время некоторые заседатели второго ряда, не имеющие прямого отношения к углю, предпочли вздремнуть. Дело то близилось к ночи. Меж тем оппоненты подняли важную тему.

По словам Рашевского, на угольных предприятиях наблюдается низкая производительность труда, ниже в три–четыре раза, чем у стран-конкурентов. Гендиректор СУЭКа связал это с трудовым законодательством, которое уходит своими корнями в 1930-е годы.

– Сегодня у нас 30-часовая рабочая неделя, при этом гвоздями прибито правило, что подземная смена не может быть больше 6 часов, – высказался Рашевский. – Типичная ситуация – шахты открываются вдалеке от городов и посёлков, длительная дорога до предприятия, потом забой, помыться и путь домой... Это занимает очень много времени. В мировой практике известны 10–12-часовые смены. В зависимости от нагрузки конкретной профессии. Надо поменять 94 статью Трудового кодекса.

Если с этим можно согласиться, тем более вспомнив просьбу горняков Медведеву, то остальные пункты вызывают сомнение, думается, не только у Ивана Мохначука.

– С советских времен укоренились длинные отпуска, например, у подземщиков 64–66 дней, с северными достигает 88 дней, при этом предоставив отпускные, мы не можем предложить поработать человеку в это время, – продолжал Владимир Валерьевич. – Наша инициатива – зафиксировать отпуск 28 дней, а остальную часть монетизировать. И дать горняку возможность работать, он все равно не может поехать никуда, в Турцию, например, нет у него столько денег. Он или таксует или ищет другую подработку. А у нас при этом дефицит проходчиков, за ними все бегают, белазистов.

По мнению собственника, консервативно трудовое законодательство и в области женского труда.

– Женщина не может быть водителем самосвалов более 2,5 тонны, за границей из такой машины машет ручкой девочка. 30 процентов женщин может ездить на БелАЗах, экскаваторах, – сказал Рашевский.

– Должна быть хорошая мотивация шахтёрского труда, – парировал Мохначук. – По первому полугодию средний размер пенсии – 8688 рублей, что составляет коэффициент возмещения утраченного заработка 25,6 процента. При этом доплата, которая должна быть 7705 рублей, на сегодняшний день по России 1914 рублей, по Кузбассу – 2316 рублей. Откуда появится желание идти работать в шахту, учиться? Для сравнения отмечу, заработная плата шахтёров в Австралии – 12 тысяч долларов в месяц, 8 тысяч долларов на руки, а у нас средняя зарплата рабочего – 29 тысяч. Что касается женского труда, есть документы Международной организации труда, Россия также их ратифицировала. Соответственно, предложенные изменения невозможны. По поводу отпусков – не мы их придумали, это завоевание шахтёров. Если делать ребрендинг всех перечисленных понятий – без повышения заработной платы не обойтись.

Валерия Клишина

Фото Марии Коряга

Beta! Нашли ошибку в тексте? Выделите ее и нажмите enter